Торговать с корабля было неудобно, поэтому купцы стремились приобрести право выгружать свои товары и продавать их на местном рынке. Для этого они арендовали или возводили постройки — жилье и склады. Важную роль играл вопрос о том, как долго товары и их владелец могли оставаться в городе. Как уже говорилось выше, в некоторых местах горожане имели право первой покупки. Короли и высокопоставленные чиновники часто брали то, что было нужно для их двора — в особенности вино и пряности, — и платили мало или вообще не платили ничего. Без разного рода «подарков» никакие дела вообще не делались.

Когда торговец сходил с корабля, сразу же возникал целый ряд вопросов. По каким законам он должен жить — своей страны или той, куда он прибыл? Если спор возникал между двумя иноземными купцами — должны ли они решать свои проблемы сами или с участием местных властей? А если речь шла о местном и иностранном торговцах? Существовало два варианта — либо создавать отдельные судебные органы, либо полностью подчинять иноземцев местным законам. Второй вариант не всегда был выгоден, поскольку суды часто вставали на сторону местных жителей. Кроме того, длительное пребывание нередко разрешалось купцам только после принятия местного подданства.

Предметом судебного разбирательства могли стать не только торговые дела. Между командами кораблей и местными жителями нередко вспыхивали конфликты, и в дело шли ножи. Купцы не расставались со своим оружием и вынуждены были порой пускать его в дело — иногда слишком поспешно. Именно поэтому старые торговые договоры сильно отличались от сегодняшних. К примеру, соглашение 1199 года с Новгородом устанавливало конкретные наказания за убийство или членовредительство, за побои и порванную одежду, за сорванный с женщины головной убор.

Конечно, имущественные вопросы тоже играли большую роль. К примеру, нужно было обеспечить передачу имущества умершего на чужбине купца его законным наследникам. Самой большой проблемой являлась, однако, необходимость нести ответственность за проступки соотечественников — так называемые репрессалии. К примеру, если англичанин в немецком городе становился (действительной или мнимой) жертвой несправедливости, он мог через английские органы власти отыграться на немецком торговце в Англии. В этом случае имущество немецкого купца (даже не всегда выходца из того же города) могли конфисковать. Другой вариант: купец не смог погасить долги, и ответственность приходилось нести его соотечественникам. Все это было крайне нежелательно. В то же время купцам было выгодно, чтобы иноземные органы власти принуждали своих подданных к выполнению взятых ими на себя обязательств.

Конечно, каждый торговец в отдельности не мог решить эти проблемы. Только коллективными усилиями можно было добиться заключения договора или получения привилегии. Защита уже полученных прав также требовала совместных действий. На чужой земле всегда существовала опасность стать жертвой не только насилия, но и произвола местных чиновников, несмотря на заключенные договоры. Совместные усилия требовались и для решения внутренних проблем купеческой корпорации. Торговым колониям тоже была необходима своего рода конституция, предписывавшая определенные правила отдельным их членам. Порядок поддерживали избранные старейшины. К этому добавлялся и религиозный фактор, игравший в ту эпоху большую роль. Торговцам были необходимы церкви, в которых они могли бы помолиться, получить благословение перед дальней дорогой или отпущение грехов. В случае нежданной смерти каждый хотел быть похороненным на той земле, которую мог бы хоть в какой-то степени считать своей. Но, разумеется, и радости жизни было приятнее вкушать среди соотечественников, следуя родным обычаям.

Не только условия пребывания на чужбине, но и морские путешествия заставляли торговцев объединяться. Маленькие и беспомощные по современным меркам корабли, без карт и навигационных приборов имели больше шансов благополучно добраться до пункта назначения, если держались вместе. Трудным делом было плавание в прибрежных водах и вход в гавань; первый известный нам навигационный знак был установлен в 1201 году на юго-западном берегу Сконе. Позднее появились маяки, в том числе на острове Нойверк перед устьем Эльбы.

Еще большую опасность представляли собой морские пираты. Они присутствовали на всех морях и у всех берегов, прекрасно знали глубины и очертания береговой линии, прятались в труднодоступных бухтах. Постоянные войны создавали для них особенно благоприятные условия и порой даже видимость легальности. Купеческие корабли вынуждены были находиться в постоянной боеготовности. Одиночке гораздо труднее отбить атаку, чем целому флоту. На кону стояло не только имущество, но и жизнь торговца — пираты прекрасно понимали, что мертвец уже не сможет их ни в чем обвинить. Конечно, эффективнее всего бороться с пиратами могло государство, которому принадлежало побережье — достаточно было затруднить сбыт награбленного, чтобы понизить привлекательность морского разбоя.

К числу пережитков старых времен относились не только пиратство, но и так называемое береговое право. Бесхозное имущество могло быть присвоено на законных основаниях; на побережьях все, что море выбрасывало на берег, считалось собственностью землевладельца. При этом речь шла не только об обломках кораблекрушения, но и о целых кораблях с грузом и командой, выброшенных на берег штормом. Поскольку этот промысел был весьма прибыльным, прекратить его можно было только с помощью договоров, защищавших несчастных торговцев.