– Земля, – мои губы у нового тела невольно раздвинулись в радостной улыбке. А почему нет? Повод для радости вполне есть. Жив. А по прошлому родному телу и трофеям потом горевать буду.

Правда быстро убрал улыбку. А взял с столика телефон, кнопочный ещё, не привычные мне смартфоны, и быстро набрал «112», и как девушка ответила, хриплым голосом, ещё беря под контроль голосовые связки, сообщил:

– Девушка, у нас тут отравление спиртным. Подозреваю метанол. Или этанол. Я вообще ничего не помню, всё тело затекло, пена на губах, очнулся, а рядом два тела. Хм, тёплые, ещё дышат. Вы бы поскорее скорую, пока не померли.

– Сообщите адрес. Где вы находитесь?

– Девушка, я не знаю, я даже не помню, как меня зовут. Всё выбило из памяти. Какой-то гараж. Сейчас попробую выйти наружу, у кого спрошу, не отключайтесь.

Я с трудом встал, да, похоже тело обделалось, мокро спереди, хорошо по большому не сходило, но я смог открыть задвижку и выйти наружу, осматривая ряд гаражей. А так зима, сугробы вокруг, причём снег чистый, белоснежный, видимо только выпал. Приметив деда, копался у своего открытого гаража, выгребая снег, я крикнул:

– Дед! Дед? Мы где? Скорую надо вызвать!

– Допился до чёртиков, – сплюнул тот. – Гаражи на Центральной, тут они одни.

Я передал это диспетчеру, и девушка сообщила что высылает ближайшую машину, я же шатаясь направился к деду. Заодно осмотрел себя. Одет в штаны с начёсом, мокрое пятно видно, куртка болонья, шапка-петушок. Судя по виду и телефону, начало двухтысячных. Странно, это Земля, тут же сороковой год должен быть, но что-то не сходиться. Поэтому подойдя, спросил:

– Дед какой год?

Тот зыркнул недовольно, но нехотя ответил:

– Две тысячи двадцать второй. Второе января уже. Всё пропиться не можешь, Шевцов? Алкашня ты последняя. Одна беда у твоей матери, это ты.

– О, вы меня знаете?

– Кто ж тебя бездельника не знает?

– Там в гараже два мужика помирают, траванулись спиртом, а кто такие не знаю, даже имя своего. Мы где, я кто?

Тот аж замер, и открыв рот смотрел на меня.

– Вот же как бывает. Погоди, а с кем ты пил?

– Я не знаю.

Тот отшвырнул лопату, и рванул к открытой створке гаража, откуда я вышел, и поспешил за ним, беря тело под контроль. Кстати, рядом заметил несколько пятиэтажек из белого кирпича. А из гаража донёсся вопль:

– Кирюша, сынок!

Да, уж тут всё и завертелось, подъехала буханка санитарная. Потом ещё одна машина, но уже «Форд» в раскраске неотложки. Плюс дежурный «бобик» с двумя сотрудниками полиции. Тела выносили, им прямо тут прополоскали желудки. Спешить надо было. Мне кстати тоже промыли, очень неприятная процедура, менты опросили, но я амнезию строил, и на двух машинах, в больницу. Я кстати уже выяснил, находились мы в городе Мантурово, Костромской области. И сейчас действительно утро двадцать второго года. Не солгал дед. Однозначно не мой мир. Параллельный? Может быть, что я в порталах понимаю? Главное сбежал и жив, и меня пёрло от радости. Видимо эффект от лекарств ещё. О, надо будет найти своего двойника тут, отец ещё жив. На этих мыслях и сморило.

Не скажу, что осваивался я в новом для себя мире и теле с трудом. Не было такого. Лежал в общей палате центральной городской больницы. Амнезия зашла, в это поверили, я даже свою теперь матушку, женщину пятидесяти трёх лет, с уставшими и потухшими глазами, не узнавал. Единственный ребёнок у неё, как же. Наврал дед. Ещё старший сын есть, в Костроме живёт. Офицер полиции. Жена есть, сына имеет. А так, новое тело, это мой тёзка, Гена Шевцов. Выпивоха, это да, по наклонной пошёл. Двадцать пять лет, а уже конченный алкаш. Сначала пиво с ребятами после школы, а там покатился. Служить тот служил, год отрубил по срочной службе, вернувшись в родной город и как начал гулять дембель, так и не просыхал эти пять лет. Мать у него работает в лесхозе простым бухгалтером. Заплаты едва хватало на двоих, и то тот много пропивал. Да уж, хлебнула его матушка с таким сынком. Впрочем, старая жизнь позади, будем принимать новую. С статьи я смог соскочить. А как же, мне ставили в вину отравление собутыльников. Кто-то же должен ответить. Да, у меня тоже яд в крови нашли, но не так много как у тех двоих. Ладно разобрались, что спирт украден был с завода где один работает. На него списали. Оба кстати выжили, только ослепли. Правда я чуть позже подлечил, убрал слепоту, чтобы не калечить им жизнь, но это в первый и последний раз. Снова отравятся, сами пусть выкарабкиваются. Самое главное, узнал по родным прошлого своего тела.

Это было сложно, но сделал. В палате парнишка лежал, с гипсом на ноге, тот постоянно в интернете зависал с помощью ноута и флеш-модема, вот попросил прибор поискать кое-что в сети. Так что под пристальным вниманием парня, тот нехотя дал ноут, я и вышел на социальные страницы знакомых в селе. Я опытный юзер, быстро разобрался. Так вот, матушку нашёл, живёт та в Красноярске. Двое давно взрослых детей, внуки и внучки. Муж живой, но это не мой отец. Стал искать следы отца в Казани, всё что мог перерыл, что сеть позволяла, но никаких следов отца не было. Нужно самому в Казань ехать, адрес детдома я знал. В смысле, зрительная память поможет, отец показывал где провёл юность, когда мы в городе недолго были. Ну и мельком изучил историю. Вообще отличий не нашёл с тем, что я помнил, по своему родному миру. Однозначно через два месяца СВО начнётся, всё к тому шло. А то что это параллельный, к гадалке не ходи. Это всё что выяснил. Пять дней меня в больнице продержали, те двое ещё долго лежать будут, а меня пинком под зад, нечего койку занимать. Тем более как раз конец новогодних выходных, народу везут с переломами и отравлениями. Да и я жаждал действий. Хранилище на пять кило накачалось, сейчас шесть, из которых одно кило занято. Это из приятных новостей. Кач дальше шёл. Из неприятных, то тезка должен всем. Набрал микро-кредитов в банке, где быстро деньги выдают. Восемь микро-кредитов, выходит тысяч на двести, пропив, а с пенями набежало уже с миллион, потому как он не платил и платить не собирался. Те на матушку пытались наехать, пенсию урезать на выплаты, но та шум подняла. Мол, почему она должен платить? Кто брал, пусть выплачивает. Молодец, тут она права. Суд на её стороне был, да, до суда дошло, но взять с тёзки нечего, так что коллекторы ловили, по телефонам запугивали. Ещё два месяца назад его сильно избили. Тот сразу к полицейским, написал заявление на работников банка. Но тех, кто избил, не нашли. Также в нескольких магазинах должен. Брал спиртное и закуску в долг. И давали ведь. Тут тоже матушка отбилась, мол, платить не буду, не я брала.

За пять дней я окончательно принял, что в новом мире и новом теле. Оплакал мысленно прошлое тело, наплевав на трофеи. Всё же шанс на новую жизнь получил. Да там что угодно получить, лишь бы сбежать из рабства, так что у меня ещё всё хорошо закончилось. И строил планы. Для начала нужно найти деньги и закрыть долги, я считал, что тёзка неправильно поступил. Тем более даже покинуть город не могу, числюсь в базе должников и денег вообще нет. Расплатившись с долгами, уже можно серьёзно заняться делами. Про СВО я помнил, в прошлой жизни внимательно отслеживал что и как. У меня много друзей и знакомых воевало, общались. В принципе пойти добровольцем я не прочь, это же шикарный боевой опыт можно получить, но война три года шла, и на момент, когда авиалайнер взяли на хапок, сами глоссцы это называли «дёрнуть», та ещё шла. Три с половиной года, многовато. Ничего, парни выдержали, и я выдержу. Заодно всё что накопилось к глоссцам, скину на нацистов. Ох сколько накопилось за годы рабства, на всех хватит. А с амулетами защиты, мне будет куда легче пройти эту спецоперацию. Тем более сканер есть, лекарские амулеты. С такой поддержкой все шансы пройти до конца. Так что без сомнения иду, как многие парни, решили идти добровольцами бить нацистов, так и я пойду. Это не мой родной мир, но и слово – Родина для меня не пустой звук. А какая разница, если это правильное дело, нужное. Вот только подготовиться нужно и долги закрыть.