— Это не твое дело, — чеканю я, хотя внутренности сводит от страха. — Он меня по крайней мере уважает и не относится как к вещи.
— Ты моя, разве не ясно?! — оглушительно рявкает он и с размаху всаживает кулак в стену. — Я был твоим первым, им и останусь. Узнаю, что ты…
Закрыв лицо ладонями, я громко и истерично смеюсь.
— Я тоже так думала, прикинь. Что ты будешь моим единственным. Шесть лет, Костя! Целых шесть лет я на тебя молилась. Но для тебя острые ощущения были важнее наших отношений. Если тебе нужно напоминание, кто все испортил — загляни в зеркало своей долбанной тачки.
*** Предупреждение!!!
В книге есть сцена МЖМ
1
Солнце начинает всходить, обнажая картину угасающего ночного пиршества. Разбросанные мокрые полотенца, пустые бутылки Моет, россыпи конфетти, покачивающиеся на поверхности бассейна, изуродованный торт с надписью «С днем рождения, любимый!», который я заказала Косте в качестве подарка и который не прожил и минуты, будучи опрокинутым на пол кем-то из гостей.
Слава богу, все закончилось, и мы можем наконец пойти спать. Не знаю, откуда у Кости в его тридцать пять находится столько энергии на вечеринки до рассвета. Я на десять лет его младше, но была готова уйти спать уже в полночь.
— У-уф, знатно погудели, — Костя появляется в панорамных дверях дома с откупоренной бутылкой шампанского в руках. Рубашка выправлена из брюк и расстегнута на три пуговицы, глаза от недосыпа и возлияний налились кровью.
Я улыбаюсь, даже несмотря на то, что не слишком люблю видеть его пьяным — наверное, как и все люди, чьи родители были алкоголиками.
— Еще раз с днем рождения! Да, пошумели от души.
— Иди сюда, киса, — Опустившись на шезлонг, Костя похлопывает рядом с собой и брезгливо отпинывает окурок, валяющийся под ногами. — Бля-я-я, какой срач.
— Вызовем клининг, когда проснемся, — успокаивающе говорю я, садясь рядом. — У тебя же никаких планов на сегодня нет?
Я шутливо морщусь, когда его ладонь моментально ныряет мне между ног.
— В планах тебя трахать, — горячее дыхание с запахом алкоголя волной прокатывается по моей шее и переходит в жадный поцелуй. — Тебе идет это платье… Ноги от ушей…. Охуенные сиськи… Красивая жопа…
— Это все твое, — шепотом отвечаю я, моментально заражаясь Костиным напором. Раздвинув ноги, подаюсь промежностью к его ладони, и с наслаждением жмурюсь, когда Костя оттягивает лиф платья и требовательно крутит сосок.
Мы вместе, с тех пор как мне исполнилось девятнадцать, а это уже шесть лет. За это время между нами были и ссоры, и даже одно расставание длиной в месяц, но то, что нас по-прежнему так безудержно влечет друг к другу — лучшее доказательство прочности нашего союза.
— Может быть лучше пойдем в спальню? — хрипло смеюсь я, когда пальцы Кости оказываются внутри меня и двигаются с влажным хлюпаньем. — Вдруг кто-то из гостей все еще бродит по дому?
— Пусть смотрят и дрочат, — отмахивается он, почти раздраженно задирая подол. — Сними эту херню. Хочу видеть тебя голой.
— Эта херня дорого тебе обошлась, — напоминаю я.
— Да и похуй, — в помутневших глазах горит непреклонность. — Снимай и покрути передо мной задницей. Так чтобы булки тряслись. Меня это пиздец как заводит.
Я замираю в нерешительности. Уже слишком светло, а в доме действительно кто-то может быть.
— Давай, Ди… — голос Кости становится сипло-завораживающим. — У меня все еще день рождения.
Аргумент работает безотказно. Каждый год я стараюсь сделать этот день для Кости особенным: сочиняю поздравления, делаю массаж головы, который он обожает, наряжаюсь так, как он любит и в сексе позволяю больше, чем обычно. В пределах, разумного, конечно.
Шутливо покачав головой, я встаю и стягиваю платье через голову, оставаясь в одних полупрозрачных трусах. Лифчик мой праздничный наряд не предусматривал.
— Повернись, сучка, — хрипло требует Костя, окатывая меня фанатичным взглядом снизу вверх. — Да вот так… Ладони положи на задницу и сожми.
Я делаю как он просит, медленно перемещаясь по кругу, как пирожное в витрине. Костя любит мое тело и любит на меня смотреть — так почему мне должно быть неловко?
— Теперь сними трусы. — Позади слышится чирканье молнии, шумный, полный похоти вдох. Еще не оборачиваясь, я знаю, какую картину увижу
Белье стоимостью в месячную зарплату нашей домработницы бесшумно падает на плитку.
— Булки сильнее раздвинь, — продолжает требовательно наставлять Костя. — Покажи мне свою дырочку.
Превозмогая стыдливость, я удовлетворяю и эту просьбу и вскрикиваю от неожиданности. Обхватив мои бедра, он резко притягивает меня к себе и проводит языком между ягодиц.
— Кость, пошли в спальню, а? — зажмурившись от возбуждения и прилива стыдливости, лепечу я.
— Пошли, — звонко хлопнув по бедру, Костя подталкивает меня к раздвижным стеклянным дверям. — Яйца, пиздец, звенят.
Смеясь и целуясь как подростки, мы пересекаем периметр гостиной и вваливаемся в спальню. Свободной рукой Костя одергивает штору — он не любит заниматься сексом в темноте, другой — толкает меня на кровать.
— Дверь закрыть не хочешь? — напоминаю я.
— Хочу твою киску, — избавившись от брюк, Костя требовательно разводит ладонями мои ноги и жадно припадает губами к клитору.
Изогнувшись дугой, я вскрикиваю от интенсивности ощущений. Слишком грубо и настойчиво орудует его язык.