До этого момента Марине доводилось бывать на подобных сборищах. И люди были ей хорошо известны, но — в первую очередь как сотрудники корпорации, конечно. Она знала, что Люка и Камилла Роган-Плесси — не супруги, но брат и сестра, кузены его высочества, он отвечает за информационную безопасность, она — финансовый директор. А, скажем, Филипп де Котель курирует ту часть, где используется сила водной стихии. Он не родственник его высочеству, но однокурсник по магической академии. Среди оставшихся были и соученики босса по Академии, и просто люди, которых жизнь каким-то образом столкнула с его высочеством — как ту же Марину. И кажется, ему не было разницы, родственник это, друг или кто-то ещё, он одинаково требовал со всех.

Марину приветствовали, спросили — удалось ли поспать и насколько хорошо, была ли она уже в Массилии и ходила ли на яхте. Марина рассказала, что в Массилии не бывала — пока, но собирается на море с дочкой, а с яхтами сталкивалась дома, но там другой климат и все условия для яхт тоже другие.

О том, что она с края света, знали все. О том, откуда именно — почти никто. И хорошо, пусть так и остаётся.

Ходить порталом ей доводилось, и даже не раз. Впервые — на том памятном фестивале, где всё началось. И потом ещё — уже в связи с разными рабочими вопросами. Поэтому она бестрепетно шагнула в овал с колеблющимися краями… и вышла на палубе.

Что ж, это не яхта, это катер, или даже… теплоход? В общем, весьма крупное судно. Оно стоит у причала в гавани, вокруг — множество других катеров, существенно меньшего размера. Марина поискала название и увидела его на развевающемся вымпеле — «Король Анри». Она знала, что когда-то Анри де Роган стал первым королем из этой фамилии, и все потомки его чтили и уважали. Вот, значит, и судно назвали по нему.

А дальше оказалось, что его высочество отлично предусмотрел тот факт, что его ближайшие сотрудники не умеют, как говорится, «делать ничего». Поэтому его личный помощник господин Шуази то и дело предлагал всякое и разное — арро с пирожными, вино с закусками, еду посерьёзнее — из рыбы и морепродуктов и наоборот, простую, рыбалку для тех, кому это интересно, погружение с аквалангом для тех, кто это умеет. В какой-то момент подошли к скалистому островку и возле него купались, высадились на тот самый островок и прогулялись, но кроме скал и небольших деревьев, там ничего не было.

Но был простор, было невероятное синее небо, и столь же невероятное море. Марина уже очень давно не была ни на каком море, а раньше ведь ездила, две недели зимой в Юго-Восточную Азию, и иногда ещё осенью дней на десять, и ещё на танцевальные фестивали ведь тоже… Сейчас в её жизни не было места ни отпуску, ни танцам.

Зато у неё есть дочка и работа мечты.

И вот такой удивительный микроотпуск. Спасибо адекватному начальству.

Вечером, конечно же, устроили банкет. Марина подивилась персоналу яхты — казалось, эти семеро умеют всё, и подавать разные блюда, и управляться с немалым судном. В финале даже немного потанцевали на крошечном пятачке у стола. А потом кто-то остался играть в карты, кто-то пошёл наружу смотреть на звёзды, а Марина пожелала всем хорошего вечера и ушла в свою каюту спать.

Уснула мгновенно, но проснулась на рассвете. Раньше она вообще была «жаворонком» — в прошлой жизни. Нынешняя жизнь стёрла всё, она поднималась рано и ложилась спать поздно. И сейчас неожиданно поняла, что может просто встать, одеться и выйти наружу. Посмотреть на рассветное море — наверное, это красиво.

На палубе и впрямь было красиво — только что поднявшееся солнце, золотистые отблески на воде. Марина залюбовалась. И тихо — никого нет, только высокая фигура у штурвала.

Она ничего не понимала в управлении такими вот судами, и сначала удивилась, что у них тоже есть штурвал. Она думала — кнопка или ключ повернуть. Но ей ещё накануне рассказали, что и кнопка есть, и ключ, всё верно, но курс держать всё одно штурвалом. Поэтому за ним всё время кто-то стоял.

— Доброе утро, госпожа Кручинина, — неожиданно раздалось с той стороны.

— Доброе утро, ваше высочество, — пробормотала застигнутая врасплох Марина.

— Отчего вам не спится? Все спят, — принц слегка повернулся и глядел на Марину с усмешкой.

— Так вышло, — пожала она плечами. — Захотелось посмотреть на море.

— Понимаю вас, — кивнул он. — Мне вот тоже… иногда хочется.

Помолчали. Наверное, потому, что слова были не нужны — только море и солнце, и в тот момент в мире более не было ничего.

— Когда вы в последний раз просто смотрели на рассвет? — поинтересовался принц негромко.

— Давно, — честно ответила Марина. — Наверное, ещё дома.

— Значит, наслаждайтесь моментом, — и снова замолчал.

Наслаждаться можно было бы, но… фигура за штурвалом несколько беспокоила. Что делать? Уйти? Или наоборот, остаться? Поддержать разговор? Или молчать?

— Вы ещё и яхтой управляете, когда только успеваете, — искренне восхитилась она в конце концов.

— Очень редко, на самом деле, — откликнулся принц. — И, скажем, мой младший сын умеет в этом смысле намного больше меня, на его с позволения сказать судне мотора вовсе нет. Он говорит, что раз многие тысячелетия люди обходились своими руками, умениями и толикой магической силы, то он чем хуже?

— Совершенно не хуже, раз умеет, — искренне сказала Марина.

Она знала, что у принца есть дети, несколько. Но ни один из них не принимал участия в работе корпорации — отчего-то, у всех шла какая-то другая жизнь. Интересно, и отчего так? Принц не захотел заставлять их? Позволил каждому быть самим собой? Один сын недавно переизбирался в депутаты парламента от магической партии. Одна из дочерей была замужем за партнёром, владельцем компании по строительству домов с магическим обустройством. А чем занимаются другие дети, Марина не знала.