Теперь осваиваюсь. Ни принцесс, ни угасающего рода - не работают все эти штампы из книжек, что я читал. Зато есть бронированный буддист, банда хитрозадых гоблинов по соседству и пекарня с обалденными пирожками (серьёзно - вы бы попробовали).
Что дальше? А хрен его знает. Куда кривая выведет. Будучи орком по прямой ходить сложно. И вообще - я эту новую жизнь, хочу жить без стресса и напряга. Мне такого в прошлой хватило. Ох ты ж! Видели какая по улице эльфийка прошла? Вот это у неё жо... фигура. Ну всё, я побежал. А вы в текст заглядывайте - там интересно.
Глава I
Комиссия ввалилась в цех с перекошенными мордами. Будто изначально шли на похороны. А угодили на оргию.
Восемь чиновников. Столько же полицейских в тяжёлых доспехах — причём каждый из своего подразделения, кто в чём горазд. Хотя тут не только полиция. Вон герб Тайного Приказа на металле. Следом какие-то парни в броне с эмблемами, которые даже близко к полиции не относятся. Один — в старых доспехах с дворянским вензелем. Последний жался к типу в дорогом сюртуке. Армянский аристократ, надо полагать.
Впереди шёл главный. Худой, с залысинами и тем особым выражением лица, которое бывает у людей, привыкших смотреть на окружающих сверху вниз. Даже когда окружающие — дарги ростом выше двух метров.
Проём они преодолели единым слитным строем. Как римские легионеры, уверенные, что сейчас растопчут варваров. По инерции промчали ещё добрых полсотни метров. Наконец притормозили. И судя по мордам лиц, их накрыло.
Как видом, так и запахом полагаю. Смесь перегара, жареного мяса, цвергского пойла и пота сотен разгорячённых тел — та ещё кувалда. Вон как главный дёрнулся, прижав к носу платок. Кто-то из его «свиты» вовсе закашлялся.
Грох снова отплясывал на бочке. Цверги в количестве нескольких сотен голов пили, орали и танцевали. Гоша зажимался с какой-то местной. Синее пойло текло рекой — бородатый цверг радостно что-то орал и делал всем желающим коктейли в громадных стальных кружках, тут же подпаливая их зажигалкой.
— Разворачиваемся, — отчеканил главный сквозь платок. — Это неслыханно. Мы уходим.
Я был уже близко. Не настолько, чтобы слышать слова — скорее я прочитал их по губам. А там как знать — возможно этот долбанутый бюрик вообще что-то совсем другое ляпнул. Хотя смысл точно был именно таким — не зря ж он прямо сейчас развернулся.
Даже шаг в обратном направлении сделал. И остановился. По крайне весомой причине, кстати говоря.
Кобольды. Возникшие из ниоткуда в количестве пары десятков. Волосы-щупальца полыхают алым. Сами выстроились в проходу, сцепившись руками. Перекрыли выход эдаким строем в виду полукруга. И принялись бить ногами в пол. Танцевать вроде как. Ритмично. Синхронно.
Камень под ногами завибрировал. Пошёл трещинами.
«Телохранители» дёрнулись. Заняли позиции вокруг своих «клиентов». Но их было всего восемь. Из разных ведомств и без командира. Вокруг — сотни пьяных гостей. Цверги, дарги, гоблины, свенги. И непонятно, имеется какая-то угроза или нет. Потому как кобольды перед ними — без тяжелого оружия. Не топорами же они будут их доспехи рубить. Зато вот их соплеменники, которые рассыпались по выступам в стенах и наверняка тоже были замечены, как раз вооружены. И неплохо.
Толпа, которая на секунду притихла, заметив новоприбывших, вдруг радостно взревела. Приняли за часть шоу.
— Давай, снимай! — заорала какая-то пьяная цверга, тыча пальцем в одного из бюриков. — Ты стриптизёр или кто? Покажи мне страсть!
Не успел я охренеть и выхренеть, как оживился наушник в моём ухе.
— Шеф! — затараторил Пикс, перекрывая гул толпы. — У нас только что плюс двадцать тысяч! Кто-то из блогеров кинул ссылку на трансляцию походу! Комменты прут волной! Нам донатят даже!
Прекрасно. Имперская комиссия в прямом эфире посреди пьяного пиршества. Мечта дипломата, япь. Что может пойти не так?
Я двинулся к ним, лавируя между танцующими цвергами и стараясь никого не сбить с ног. Чуть зацепил плечом поддатого свенга, который было распахнул рот, намереваясь высказать всё, что думает. Но столкнувшись с моим взглядом, тут же замолк.
Главный — тот, что с платочком, из аппарата наместника. Ныне покойного. Убитого на дуэли Лилией Белоозёрской. А я, как известно каждой собаке в Ереване, с баронессой в весьма тесном альянсе. О чём писали все желтушные газеты, прикладывая фото. Нашу пробежку по городу там ещё долго вспоминать будут.
Так что симпатий от этого типа я вряд ли дождусь. Там по глазам видно — ни хрена он не проверять пришёл. Явился меня закапывать.
Остальные… Хрен их разберёшь. Кто-то смотрел на происходящее с брезгливостью патриция, попавшего в свинарник. Другие — с откровенным ужасом. Армянский аристократ вообще, похоже, потерял связь с реальностью. Таращился на кобольдов с их алыми волосами, как на существ из другого мира и чего-то там прихлёбывал из фляжки.
Тут какой-то гоблин — не из моих, судя по грязной жилетке. Скорее всего нанятый технарь из младших, качнулся в сторону комиссии. В одной руке кружка, в другой — большой и надкусанный кусок колбасы.
Споткнулся. И содержимое кружки плеснуло прямо на бежевые брюки одному из чиновников. Тёмное пиво. Вашу мать!
— Ой, — икнул гоблин, глядя на расплывающееся пятно. — Пардоньте мою грацию. И не впадите в прострацию. Пивас может и не впитается. Зато точно засохнет.
Бюрик посмотрел на свои штаны. Потом на гоблина. Снова на штаны. Лицо пошло красными пятнами. Даже про кобольдов, которые продолжали нещадно долбить по камню ногами, забыл.
Зато заметил приблизившегося оператора с камерой.