1.
– Нам нужно бежать из страны!
– объявил семье влетевший в гостиную князь Дениз Бокори.
– Немедленно!
– Зачем?
– недоумённо посмотрела на него жена, замерев с бокалом вина в руках.
– У меня приглашение на приём с герцогине Анриетте…
– К демонам эту Анриетту! Всех к демонам!
– неожиданно вспылил князь.
– Моя голова, а значит, и ваши, сейчас находятся очень близко к петле виселицы! Даже не к заточению в крепости! Не к каторге, а к позорной виселице! Этот негодяй Тирен Второй всё-таки разбил свенов под Хеммермалем, пленив короля Карла! Не пройдёт и нескольких дней, как за нами явятся из Тайной канцелярии и закуют в кандалы!
– Но отец… - тихо спросила дочь Адель.
– Я не понимаю тебя. Почему ты воспринимаешь победу нашего оружия как нечто опасное для рода Бокори? Радоваться надо! Враг повержен, и вскоре воцарится мир.
– Доченька….
Князь замялся, не в силах подобрать правильные слова. Наконец он решился и объяснил случившееся.
– Всё сложно. Я поставил не на того. Думал, что победа Карла очевидна. Грозная армия! Могучие союзники! Наш Тирен хоть и мнит себя императором, но не ему тягаться с цивилизованным миром. К сожалению, я ошибся в своих выводах. Теперь меня казнят, как только узнают, что я помогал свенам.
– Отец!
– вскочила Адель, не в силах поверить в предательство.
– Но как вы могли?! Император же наш родственник! И он был всегда добр к семье Бокори. А Родина? А честь? Вы же давали присягу!
– Дура!
– рявкнул князь.
– Между выгодой и родиной всегда нужно выбирать выгоду! И я давно уже не идеалист, чтобы попусту гробить своё время на всякую ерунду! Быть на задворках политической жизни не желаю! Проку от этого никакого! И не смей так на меня смотреть! Да, я нарушил клятву верности! Но делал это не только ради себя! Но и для вас тоже!
Нашу семью не ценят! Император не чтит кровное родство! Он ставит выше меня всяких выскочек, которым место в поле с солдатнёй, а не на дворцовых приёмах! Подумать только! Я нахожусь в подчинении у какого-то барона Докара! Он уже генерал, а я всего лишь полковник! Я, имеющий в себе кровь божественной династии, унижен! Мне отдаёт приказы солдафон, не имеющий манер!
– Папа! Что вы говорите? Никто нас не унижал. Мы вхожи в императорский дворец и имеем не только деньги, но и поддержку императора во всех делах. А барон Докар получил свой пост и звание за боевые заслуги. Он известный герой двух военных кампаний. Вы же всегда чурались войны, несмотря на высокую должность в армии. Место при штабе, конечно, доходное, но не даёт серьёзного продвижения. Так что я не вижу причин…
– Ты ничего не понимаешь! Я не идиот, чтобы умирать за всякое быдло! Всё! Хватит! Адель, быстро иди в свою комнату и собирай вещи! Мы уезжаем. Дорогая, - повернулся князь к жене.
– Надеюсь лишь на твоё благоразумие. Берём только самое ценное: драгоценности, золото и деньги. Едем на южное побережье. На корабле добираемся до Сонополиса и уже оттуда направляемся в Линбер.
– Неплохой выбор, - жеманно произнесла княгиня.
– Хотя мне больше нравится галантная столица Ильции. Там такие модные салоны! А тебя точно захотят казнить или, может, обойдётся?
– Не обойдётся. Слишком велика растрата казённых денег, к тому же я передавал секретные сведения людям Карла. А Ильция подождёт: в Линбере я прикупил через подставных лиц неплохой особнячок и открыл большой счёт в местном банке. Как знал, что нужно готовить пути к отступлению!
– А наш дворец мы что, бросим? Жене авенского посла он, кстати, очень нравится. Может, продадим его её мужу, лорду Гарингтону? Думаю, за пару недель он соберёт необходимую сумму. Лорд такой милашка и совсем не скупердяй!
Ничего не ответив, князь Бокори закатил глаза к потолку и со стоном выбежал из гостиной. Он уже давно привык и к глупости жены, и к упрямству дочери. Сейчас его волновали совсем другие проблемы, главная из которых - как можно быстрее унести ноги из империи.
Адель прошла в свою комнату и бездумно уставилась в зеркало. Несколько минут она простояла, пытаясь собраться с мыслями и понять, как такое могло случиться. Отец оказался предателем, продавшим за горсть золота не только свою страну, но и императора Тирена Второго, всегда относящегося к семье Бокори с теплом и любовью, несмотря на неблизкое троюродное родство.
А императрица Стефания?! Она же была ближе родной матери, ведь княгиня Бокори больше уделяла времени не воспитанию дочери, а светским увеселительным мероприятиям. Как теперь смотреть в глаза тёти Стефании и дяди Тирена? Как всем остальным смотреть в глаза?!
– Скажи мне, что я сплю?
– глотая полившиеся ручьём слёзы, с надеждой попросила Адель у своего отражения.
– Скажи, что это бред?
Но стоящая за стеклом белокурая девушка небольшого роста с яркими зелёными глазами молчала… И плакала вместе с Адель.