Пусть те, на кого он охотится, лишатся сна, гадая, не ждет ли их подобная участь.

ГЛАВА 60

Дорога на север действовала на нервы. Единственная транспортная артерия, проходящая через все острова Кис, была забита туристами, местными жителями и рыбаками, тащившими катера на прицепах. Для человека, который только что взорвал адмирала в его кабинете, застрелил федерального агента в постели, обезглавил террориста и оставил человека умирать с выпущенными кишками в мангровых болотах, этот рваный ритм движения был невыносим.

В шляпе, очках и с бородой Риса было трудно узнать, но любая проверка водительских прав бросит на его поимку все силы правоохранительных органов США. Обычная остановка за нарушение ПДД, скорее всего, поставила бы крест на его миссии. Он старался не превышать скорость там, где поток это позволял, и пользовался поворотниками с прилежностью подростка, сдающего на права. К северу от Ки-Ларго движение стало свободнее, и поток, идущий к Майами, немного его успокоил.

Рис напрягся, когда грузовик достиг южной окраины Майами. Агрессивные водители постоянно перестраивались из ряда в ряд; двигаясь со скоростью всего на три мили выше разрешенной, Рис чувствовал себя водителем трактора. Он немного прибавил, чтобы держаться в потоке, но оставался в правом ряду. Он взглянул на карту, лежащую на коленях, готовясь к съезду на шоссе Пальметто. Когда он уже начал выруливать на подъездную дорожку к 826-й трассе, его внезапно подрезала тюнингованная оранжевая «Хонда Сивик», похожая на тачку из «Форсажа». Он ударил по тормозам, чтобы не протаранить купе, и услышал визг шин, за которым последовал скрежет металла и пластика. Голова Риса мотнулась назад, ударившись о подголовник, когда сила инерции от удара сзади толкнула его грузовик вперед, прежде чем тот окончательно замер.

Черт. Удар был сильным, но Рис не пострадал. «Поверить не могу, что всё может пойти прахом из-за какой-то аварии. Думай, Рис. Тебе придется как-то из этого выкручиваться».

Рис посмотрел в боковое зеркало: из поднятого Ford Excursion выбирался мужчина с болезненным ожирением, примерно его же возраста. Водитель направился прямиком к двери Риса так быстро, как позволяла его туша. Рис глубоко вдохнул и заставил себя улыбнуться, открывая дверь и выходя навстречу разъяренному толстяку.

Тот оказался на расстоянии вытянутой руки, как только ноги Риса коснулись земли. Одетый в спортивные шорты «Майами Харрикейнс» и белую майку, открывавшую обилие татуировок, верзила держался с самоуверенностью быдла — из тех парней, что принимают жир за мышцы. Он ткнул пальцем в лицо Рису и наклонил голову, глядя поверх зеркальных очков. Лицо его покраснело от гнева, а изо рта при крике летела слюна.

— Ойе! Ты разбил мою тачку, гринго-марикон!

Рис поднял руки в притворном жесте капитуляции.

— Прости, приятель. Тот парень меня подрезал, пришлось бить по тормозам, чтобы в него не влететь. Уверен, мы договоримся, у меня хорошая страховка.

«Понятия не имею, на кого зарегистрирован этот грузовик и есть ли на него вообще страховка. Интересно, лишит ли меня страховая компания USAA выплат за то, что я внутренний террорист?»

Из-за аварии начал собираться затор. Водители сигналили, а самые нетерпеливые уже пересекали разметку, чтобы объехать их и выскочить на Пальметто. Верзила подошел еще ближе, входя в зону досягаемости.

— В задницу твою страховку, пута, ты заплатишь мне прямо сейчас, или я тебя пристрелю на хрен!

Вряд ли у этого парня за поясом эластичных шорт был ствол, но в машине он вполне мог лежать.

— Спокойно, друг, спокойно. Давай обменяемся данными и разъедемся. Нам ни к чему ждать копов.

Из пассажирской двери «Форда» выскочила женщина — судя по всему, жена или подружка, — крича по-испански и размахивая руками. Пока Рис пытался утихомирить мужчину, её вопли только подливали масла в огонь. Она тыкала пальцем в повреждения и орала, а Рис умолял толстяка расслабиться.

— Моя жена уже звонит копам, это всё твоя вина!

— Не надо копов, мужик, я могу заплатить наличными. Просто проедь за мной до банкомата.

Водитель обернулся к жене.

— Поздно, — только и сказал он.

В ту же секунду левая рука Риса перехватила правую руку противника, блокируя её, и одновременно он нанес удар основанием правой ладони снизу вверх, точно в подбородок. Сила удара сломала челюсть и вдребезги разнесла зубы (впрочем, они и так были не в лучшем состоянии), но важнее было другое: мозг толстяка ударился о затылочную кость и отскочил обратно, по нервной системе прошла ударная волна, и он мгновенно потерял сознание. Колени верзилы подогнулись, и вся его 170-килограммовая туша рухнула вниз. Голова с тошнотворным стуком ударилась об асфальт. Женщина выскочила из машины с воплями, прижимая телефон к уху.

Рис запрыгнул в кабину и рванул рычаг передач. Он вдавил газ в пол, чувствуя, как грузовик напрягается, а колеса буксуют, почти не двигаясь с места. После удара две тяжелые машины сцепились, превратившись в один стальной автопоезд. Рис переключился на нейтралку, нажал кнопку включения полного привода и перешел на самую низкую передачу. Он рванул вперед, волоча за собой тяжелый внедорожник Ford, пока двигатель ревел, выдавая максимальный крутящий момент. Он понимал, что долго так не проедет, но сейчас это был единственный выход.

«Надо бросать машину». Он заехал на крутую эстакаду, ведущую к шоссе, оставив истеричную бабу позади, и глянул в карту, прикидывая маневр. Карта подсказала идею. Доехав до середины затяжного поворота, он резко дернул руль вправо, потом влево и ударил по тормозам. Грузовики занесло, и они замерли, перегородив обе полосы эстакады от одного бетонного ограждения до другого. Он затянул ручник, сунул ключи и карту в карман, перелез на пассажирское сиденье и подхватил рюкзак с пола. Открыв дверь, он перемахнул через ограждение и повис на руках над краем. «Твою мать». Рис разжал пальцы, прижал подбородок к груди и свел согнутые колени вместе, готовясь к болезненному удару.