— Ясно, скоро буду.

Всю дорогу к спецу Линн рассказывала про Нова Инсулу — какие развлечения и какая работа. Кто вкладывается в развитие этого самого злачного места на Терре и что аристы предпочитают воплощать в жизнь свои самые низменные желания именно здесь. Среди семей Оптимуса «не принято» заниматься извращениями, и они дикие моралисты. На публику, конечно.

Как и сказал когда-то Слай: «Делай всё, что вздумается, только не пались». Здесь процветала торговля людьми и детская проституция, извращения, убийства, продажа органов и всё остальное. Этого хватало и в Нодал Сити, но вот только там это всё было прерогативой грязного и вонючего шестого сектора, то тут, в основном, отдыхали люди из второго и первого секторов, ну и аристы, конечно.

За окном прокатного гравимобиля проносились яркие вывески, широкие и узкие улицы, здания казино и борделей.

— Далеко нам?

— Нет, не очень. Эй, ты что, волнуешься?

Линн толкнула меня локтем в бок. Наверное, у меня на лице было написано, что этого момента я ждал очень давно.

— Как много у вас инфы по Фрейсонам? Есть что-то, за что можно зацепиться? В плане, прижать Оптимус и тех, кто их вырезал.

— Не очень, но мы давно собираем информацию. По сути, мне пока нечего тебе рассказать, но я перешлю тебе всё, что мы имеем, а там будет видно.

— Напомни, какая была официальная версия того, за что их убрали?

— Разработка вирусов и захват рынка, но я очень подозреваю, что это совсем не так. Было что-то ещё…

— То есть, их убрали просто так.

— «Сальвус Фарма» и Адлерберги были инициаторами этого. Та часть «Арканума», от которой мы отделились, помогла ему всё это повернуть. Те, кто встал на его сторону были либо заодно, либо просто испугались.

— А Марк? Почему он скрылся?

— Вот с Марком сложнее. Он не совсем нормальный. Гений, конечно, но, как мне кажется, он изобрёл что-то, что подкосило бы весь Оптимус и дало ему захватить власть. Этого никто не хотел.

— Вот я и пытаюсь выяснить, чего же он такого изобрёл, — я покачал головой. — Один тип со мной связывался, возможно, это и был Марк.

— Мы поможем всем, чем возможно. Я скажу так. Фрейсоны были нашими союзниками, они не хотели, чтобы люди «Арканума» стали теневыми правителями мира. Так нельзя, — Линн выдохнула. — Потому мы и отделились.

— Мораль взыграла?

— Всё, что творится на Нове в том числе поддерживается «Арканумом» и, как видишь, не все с этим согласны. В последние годы ситуация становится только хуже.

— Только не говори мне, что ты думаешь, будто вы сможете вычистить вообще всё это, — я кивнул на вид за окном.

— Но хоть что-то мы сделать сможем, — Линн скривила губы. — Не опускать же рук. Такой Нова Инсула стала после Войны… Настолько грязной и разнузданной. Не так уж и давно. Если Фрейсоны, и ты… Как Фрейсон… Смогут нам хоть как-то помочь, то я буду счастлива, — Линн грустно улыбнулась.

— Знаешь, я думал, что в этом мире у всех с крышей и состраданием не в порядке, а оказалось, что нет, — я усмехнулся. — Я рад.

Гравик приземлился рядом с двухэтажным домиком где-то на окраине гигаполиса. Я почувствовал, что меня слегка потряхивает. В домике пустовали маленькие квартирки, на втором этаже в окнах промелькнула пара ребятишек. Жутковато.

Мы поднялись на второй этаж и Линн назвала пароль в микрофон на двери. Нас встретил сладковатый запах чьей-то готовки. Та парочка детей, оказалось, тоже была отсюда. Они помахали мне и скрылись в соседней комнате.

На пороге появилась полноватая женщина, половина лица которой была неестественно белой, а глаз не двигался.

— Добрый день, — я кивнул, не в силах оторваться от странного лица.

— Не пугайтесь, у меня просто не хватает денег на нормальную кожу и протез глаза, — она улыбнулась. — Меня зовут Мари, мой муж ждал вас, но выбежал по каким-то делам.

— Понятно, — вздохнула Линн. — Скоро Сэм придёт?

— Должен минут через двадцать. Может, пока перекусите?

— Я только за, — вставил я — от голода и волнения кружилась голова.

Сладковатое варево оказалось горячим и терпким, но вполне съедобным, что-то вроде риса в томатном соусе. Я поглощал обед, стараясь не думать о том, что меня ждёт вот совсем скоро.

— Спасибо, очень вкусно, — я отодвинул пустую тарелку и откинулся на спинку стула. — А вы давно тут живёте?

— Ну, как сказать, — Мари слегка замялась. — Меня привезли сюда больше десяти лет назад. Изуродовали в борделе. Потом в городе каким-то чудом появился Сэм, и он был свободен. Может, сбежал от преследователей, не знаю… — она потеребила в руках маленькое полотенчико. — Он хорошо здесь зарабатывал, возвращая людям память и выкупил меня спустя два года. Потом даже дети появились.