Скорые разъехались, площадка опустела, на город опускалась ночь, а со стороны северных ворот звуки боя снова начали доноситься чаще. Что-то мне подсказывает, что рабочий день ещё не закончен, а скорее всего, плавно перейдёт в рабочую ночь, потом в утро. Наверняка скоро снова привезут пострадавших.

Вторя моим мыслям, снова взвыли городские сирены, предупреждая об опасности.

— Начинается, — вздохнул Стас, поднимаясь с газона. — Полезу-ка я обратно.

— Жаль, патронов почти нет, — сказал Матвей, укладывая рюкзак и практически бесполезный теперь автомат рядом с крыльцом. Потом забрался на ступеньки, чтобы чуть дальше видеть.

Я встал рядом с Матвеем, напряжённо всматриваясь в темноту. Даже не заметил, как рядом появился Анатолий Фёдорович.

— Ждёте? — спросил он, сунув руки в карманы халата и озираясь по сторонам.

— Наверняка скоро привезут, — ответил я.

— Привезут, — кивнул Герасимов. — Но не прямо сейчас. Я там распорядился, чтобы вам кофе принесли. Хоть взбодритесь немного.

— Эх, ещё бы булку с маслом, — сказал Матвей и мечтательно вздохнул.

— Вот ты размечтался! — рассмеялся заведующий. — Масло днём съели, что было на сутки положено. Так что будет вам бутерброд с сыром, но без масла. Зовите своего бельчонка с ёлки, пусть он тоже с вами перекусит.

После короткой паузы Матвей расхохотался в закат, даже на некоторое время забыл как дышать. Я лишь сдержанно улыбнулся.

— А чего это он ржёт, как конь? — кивнул на Матвея Герасимов и серьёзно посмотрел на меня, сдвинув брови.

— Да я сам только сейчас понял, — усмехнулся я. — Вы, наверное, горностая имели в виду?

— А кого ж ещё? — удивился целитель.

— Просто на ёлке сидит сейчас наш приятель в маскировочном плаще из шкур Призрачных белок. Вот мы и подумали, что вы про него говорите.

— Ну ничего себе бельчонок вымахал! — рассмеялся теперь и мой наставник. — Этому и кофе можно попить. А я про него, если честно, что-то запамятовал, пойду скажу, что на троих надо.

Герасимов ушёл, а мы окликнули Стаса, чтобы он пока спускался со своего насеста. Тот сначала категорически отказывался, но услышав про кофе с бутербродом, слез с ёлки.

— А вот и белочка пришла! — сказал Матвей, когда Стас оказался рядом, потом снова зашёлся в приступе смеха.

— Чего-о-о? — недовольно протянул Стас, сердито глядя на ржущего товарища.

— Да ты не обижайся, — примирительно сказал я. — Просто мой босс говорил про горностая, а мы подумали, что он про тебя, путаница вышла, зато весело.

— Ага, обхохочешься, — пробурчал Стас, продолжая хмуриться. Потом махнул рукой и сам рассмеялся. Парень взял в руки винтовку и направил на воображаемого противника в темноту. — Всем стоять! Я страшная белка! Сейчас раздам всем по орешкам!

Это был последний штрих. Матвей осел на ступеньки и продолжал беззвучно смеяться, содрогаясь всем телом.

— Господа, ваш кофе! — объявила медсестра, выйдя к нам на крыльцо. У неё в руках был поднос, на котором красовались три чашки с напитком и тарелка с бутербродами.

— Ставьте сюда, — сказал я, указав на верхнюю ступеньку.

— Прямо на ступеньки? — удивилась девушка.

— Ну, стола я здесь всё равно не наблюдаю, — улыбнулся я. — Не будете же вы держать это всё, пока мы поедим?

Медсестра пожала плечами и опустила поднос на ступеньку, потом пожелала приятного аппетита и удалилась.

— А масло там всё-таки есть! — констатировал довольный Матвей, взяв первый бутерброд в руки. — Значит, в госпитале не всё так плохо, как твой старший говорит. Слышь, бельчонок, угощайся!

Стас сначала зло посмотрел на него, но ничего не стал говорить, а взял свою чашку и бутерброд с тарелки.

Кофе оказался довольно неплохим. Ясное дело, что в родовом замке подавали гораздо лучше, но для этого захолустья вовсе неплохо. Я сделал первый осторожный глоток горячего напитка, наслаждаясь минутой затишья. Надо уметь ценить такие простые моменты.

Как я и предполагал, затишье в госпитале закончилось довольно быстро. Лишь немногим позже начала новой атаки монстров Аномалии на городскую стену. Шум боя нарастал, вовсю старалась артиллерия, вбивая мутировавших из-за магии монстров в землю на подходах к городу, но уничтожить удавалось явно не всех.

Когда к нам катили скорые в сопровождении нескольких броневиков, Герасимов уже стоял вместе с нами на крыльце. Чуть позже высыпали остальные, в том числе и весь дежуривший почти в полном составе средний и младший медперсонал.