Положения спас Егор. Он мягко улыбнулся:

— Чтобы вытащить вас всех мне понадобятся человек, который поможет их тихо и незаметно покинуть больницу. Не воин, не боец, а лазутчик. Человек, который будет идеальным диверсантом. И который сможет сменить личину, чтобы достать то, что мне необходимо. Константин с его умением менять лица подходил идеально.

Все взгляды устремились на меня.

— Он согласен! — рявкнула Анна прежде чем кто-то успел что-то сказать.

— Хорошо, — кивнул Егор. — Тогда свяжемся ещё раз через три часа. Сейчас за мной придёт медсестра, она не должна видеть, что я с кем-то говорю.

Егор медленно поднялся и посмотрел куда-то в сторону.

— Да, плохо получилось, — сказал он медленно удаляясь. — До встречи. Через три часа.

Анна стрелой вылетела из кухни. Да, похоже наша ситуация давила не только на меня одного, и Анна сорвалась.

Воцарилась тягостная тишина. Майер хмуро молчал понимая, что увидел то, что не следовало, Наталья раздумывала над чём-то. Женя просто стояла глядя в окно. И что теперь делать?

— Прошу прощения, — сказал я Майеру, и вопросительно посмотрел на Милославскую, которая уже отлипла от окна.

— Найн, — кивнул немец. — Я зайду позже.

— Что вы Петер Людвигович, — тут же взяла его под руку Женя. — Вы ещё не пробовали нашего печенья.

— Догони Аню, — шепнула мне на ухо Арзет. — Тебе она доверяет больше всех. Не стоит её сейчас оставлять одну.

Я кивнул. Вот же баран. Нужно было сразу быть рядом с ней. Идиот Костя. Наверное поэтому к своим годам ты до сих пор не обзавёлся семьёй.

Я поспешно вышел, оставив Петера с девушками. Подходя к комнате Анны, я услышал тихие всхлипы. Да уж, сильно её проняло — как она плачет я видел только один раз. Вечная тьма, отсутствие надежды, существование, которое нельзя назвать полноценной жизнью доведут до слёз любую девушку. Да тут я ещё и сам сделал глупость замкнувшись и отгородившись ото всех. В такое время следует поступать наоборот.

Нерешительно постучав в дверь я вошёл. Анна была не одна — вместе с ней была Долл — кукла сидела рядом с ней сочувственно гладя её руку и что-то шепча на ухо. Да уж — вот у кого ума больше чем у меня. И как сейчас поступить — развернуться и уйти? Что сейчас можно сказать?

— Это должна быть ты, — тихо сказал я и подойдя сел рядом вплотную, как совсем недавно сидела Анна. — Никто тебя не осудит, в этом ничего плохого нет. Егор ведь и сам сказал, что заберёт нас всех.

Я неловко положил руку ей на плечо. Анна чуть успокоилась и прекратила всхлипывать, только иногда шмыгала носом.

— Что-то я совсем расклеилась, — шмыгнула носом Анна. — Да ещё и перед девчонками. Позор.

— Никакого позора, — ответил я.- Ты же человек, а не статуя, а быть человеком не позорно. А слёзы даже полезны — сердце будет здоровей.

Анна ещё пару раз шмыгнула носом и позволила нам приобнять себя с двух сторон.

— Нет, — решительно сказала она.

— Не будет здоровей? — удивилась Долл. — Госпожа Анна, вам следует поверить Константину.

— Я не о том, — Анна окончательно пришла в себя. — Я о том, что не я там должна быть.

Она в упор посмотрела на меня.

— Это будешь ты, — твёрдо сказала она.

Что? Откуда это желание? Ей сейчас нужно быть с братом, которого она уже дважды теряла. Это её право. К чему это глупое отрицание? Аня, ты себе же хуже делаешь.

— Не смотри на меня так, — сказала она уже спокойно. — Я знаю, что говорю. И Егор сам сказал — это должен быть ты.

Я только кашлянул. Долл благоразумно не вмешивалась в наш диалог.

— Он правильно сказал — чтобы сбежать из клиники, скрываться, и выкрасть других жертв ему нужен ты, с твоими талантами. Я гожусь только на то, чтобы что-нибудь взорвать, Наташка — хороший доктор и стратег, но не диверсант и не шпион, Женька — неплохой стрелок и маг, но несколько легкомысленна и скорее спортсмен, чем диверсант. Из нас всех, чтобы сделать всё быстро не затягивая на месяцы и не впутывая посторонних — ты идеальная кандидатура.

Крыть было нечем.

— К тому же Костя… Я помню, как ты заботился обо мне. И я верю, что ты позаботишься о моём брате и сумеешь спасти его. Видела, что с ним стало и до чего его довели. Ему нужна твоя помощь.

— Скажешь, если передумаешь, — сказал я.

— Нет уж, — покачала головой Анна. — Не передумаю. И вообще — удел женщины ждать.

Последней фразой она ввергла меня в ступор. Да, Аня девушка, но последняя фраза явно не про неё — ждать, сидя у окна вышивая крестиком она не станет — просто достанет пистолет и застрелит время. И всех, кто заставляют её ждать.