— Говори, а там посмотрим.

Глаза Алисы лихорадочно забегали из стороны в сторону, будто бы в последний момент она передумала делиться со мной неприятным известием. И всё же, тяжело вздохнув, она сдалась и с неподдельной ненавистью в голосе прошипела:

— Лугов.

— Ну и что этому сукиному сыну снова от тебя нужно? — закатил я глаза.

Хотя без лишних слов ясно, что от своего этот мерзкий тип не отступится. А всё, что ему сейчас нужно — заполучить руку и сердце Алисы.

— На этот раз не от меня, а… от тебя.

— Уже интереснее. Продолжай.

— Он приехал почти сразу после твоего отъезда. Сказал, что лично знаком с человеком, заказавшим мое убийство на танцевальном вечере у Ланских. И что назовет тебе его имя только в том случае, если ты благословишь наш с ним брак.

Я усмехнулся, не сдержавшись, и тут же поймал на себе обиженный взгляд сестры.

Вот, значит, почему сомнения так терзали ее. Думала, что отдам ее с потрохами за крупицы сомнительной информации и всё это время жила как на бочке с магическим порошком? Глупая. Я бы никогда так не поступил.

— Выходит, такого ты обо мне мнения, да? — улыбнулся ей уголками губ.

— Просто… исходя из твоих действий, этот вариант выглядел наиболее вероятным, — потупила она взгляд и пальцами принялась перебирать ткань струящегося подола. — Необходимая жертва ради того, чтобы предотвратить еще больше жертв в будущем…

— И этим агнцем, который отправится на заклание, по-твоему, должна быть именно ты?

Алиса промолчала. Ну да, ответить на это ей было уже нечего. Говорю же — глупая.

— Я придумаю, что мы будем делать и с Луговым, и с его якобы знакомым, — попытался я обнадежить сестру. — Но какое бы решение я ни принял, замуж за этого ублюдка тебе выходить не придется. Даю слово. Это всегда будет только твой выбор и никак иначе!

Теперь вздохнула она так, словно тяжелый камень рухнул с ее плеч, ну а мне пора было немного проветриться и размять затекшие мышцы. К тому же, на свежем воздухе даже думается чуть легче.

— Ты куда?! — воскликнула Алиса, стоило мне скинуть одеяло и присесть на край кровати.

— Пройдусь. Станет лучше.

— А как же ужин? Почти не притронулся…

— Значит, нагуляю пропавший аппетит, — поднялся я на ноги и направился к одежному шкафу, игнорируя чрезмерную заботу сестры.

— А лекарства? Приказать подготовить экипаж?..

Голова немного закружилась, но я и так слишком долго отлеживался в постели. Нужно было сегодня же почтить падших в недавней бойне ребят, а по возможности показаться на глаза остальным и увидеть, как проходит подготовка к прибытию гвардии Ланских.

Мне это было необходимо.

До Январьска решил добраться верхом, отказавшись от экипажа, и когда я спешился перед воротами кладбища, над деревушкой уже сгустились сумерки.

Судя по оседланной лошади, смиренно щипавшей траву возле ограды, кто-то в этот стылый вечер еще и составит мне компанию. Даже подозреваю, кто именно.

Увы, но время и бедствия, обрушившиеся на эти земли, не щадили как живых, так и мертвых — территория кладбища частично заросла сорняками. Большинство надгробий, за которыми теперь некому было ухаживать, покрывал густой слой мха и лишайника, а вороны жадно клевали зерно, рассыпанное возле могил в качестве подношений усопшим.

Самые свежие захоронения располагались в дальней части. Я понял это по влажной земле и живым цветам. Их было пятеро, и напротив одного из сколоченных наспех деревянных ладонников неподвижно стояла фигура в черном плаще.

— Мне жаль.

Вот и всё, что я мог сказать, остановившись в паре шагов от Виктора.

— Если бы ты заранее знал, чем всё закончится, то подготовиться мы успели бы, — донесся до меня хрипловатый голос наемника и легкий винный душок. — Но ты ведь не знал. И никто не знал. Жизнь… она сама по себе скверная штука, — обернулся парень ко мне вполоборота. В руках он держал открытую флягу. — Но когда кругом одно сплошное дерьмо, нет смысла искать место, где дерьма будет меньше — лучше пахнуть оно от этого не станет.

— И то верно, — кивнул ему и встал рядом.

Прохладный ветер пробирался под белую рубаху, охлаждая кожу и сбивая жар от раскаленной татуировки. Или лекарства Кары наконец подействовали?..

— Почти все детство я провел в детском доме, — пустился Виктор в откровения. Не думаю, что это вино развязало ему язык. Видимо, просто решил поделиться своим прошлым, раз уж мы теперь связаны. — В месте, где каждый был сам за себя. Выживал как умел и доверять мог тоже лишь себе самому. Когда Бешеные Псы забрали меня, поначалу я думал, что попал из огня да в полымя, но почему-то общество наемников оказалось человечнее, чем все, с кем мне доводилось пересекаться ранее.