— Аналитики прогнозирует дальнейшее падение после роста, связанно это с невозможностью дальнейшей реализации купленного. Нуждающихся в жилье и прочем, готовом, много, но у них тупо нет денег это купить, примерно тоже самое и с землей — кому она нужна, если строить некому? Когда в регионе даже с цементом имеется немалый дефицит? Цементный завод был разрушен монстрами, ну и… эх, в общем — всё плохо и по части возможной застройки пустырей и руин, а держать землю как актив вот просто так готовы немногие. Тем более после начала падения цен на эту самую землю.

— Да, провал цены неминуем, — теперь задумался над вопросом уже я, напрягая извилины, и прочее, за аналитику отвечающее, пытаясь сопоставить известными мне факты, с известными мне моделями экономики.

Выходит… не очень корректно! Ведь я не силён в вопросе! Вот вообще. Однако, все же не первое столетие живу! И богатый опыт позволяет понять, что этот спад, может быть лишь ступенькой пред ростом, стабильным и долговременным. Впрочем, падением в пропасть тоже может быть, но только если власть города вдруг дружно, и вся разом, растеряет весь свой ум и стратегическое мышление. А тот же Мандарин непохож на человека безмозглого! Да и Павел, пусть и не городская власть, но влияние на многих людей имеет огромное, так что… в плохой исход я не верю. Пока живы эти двое так точно.

— Однако, вот давайте рассуждать, — продолжил я свою прерванную речь, — дешёвая земля в городе миллионнике, это всегда лакомый кус для тех, кто хочет вложится. Тем более, когда этот город у всех на слуху, тем более, когда тут живут пятерки! Тем более… когда тут впервые за много лет проведут церемонию вступления в ранг вне префектуры! — намекнул я на то, что это тоже, даст нехилый такой толчок к развитию.

— И вот мы вернулись туда, откуда начали. — улыбнулся и Павел, глядя на меня.

Я — поднял пальчик в вверх. Поднял, и опустил. Действительно, все вернулось на исходную! И разве что…

— Думаю, что стоило бы купить побольше земли, пока она еще дешёвая, или вообще — в момент того самого падения «до бала».

— Эх, было бы еще на что. — вздохнул в ответ большой человек.

— А в чем проблема то? Всяких магических штук мы можем наделать немаленькое. — заулыбалась сестричка, в ответ на этот большой вздох.

— Угу, — кивнул я, подтверждая ею сказанное.

— И продать..

— А на деньги закупиться земелькой. — растекся я в улыбке кота после творога.

— Рынок магический вещей… нестабилен. — напомнил Павел то, о чем говорил на общей встречи.

— Это помешает продаже? — продолжил я лыбится, хоть и прекрасно знаю ответ.

— Осложнит. — отвел мужчина взгляд в сторону. — И уронит все окончательно.

— Ну и не магические ценности мы тоже можем создавать! — подала голос и сестра, — Вы же видели наш замок? — Павел кивнул, и вернул взгляд на наши тушки, — Вот. Драгоценные камни, всякие кольца, колье… почти без магии. Их же ведь тоже, можно продать, да? А на вырученное купить.

А Иф в ответ на это, почему-то вновь тяжко вздохнул.

— И обрушить еще и рынок драгметаллов, что и так уже начало лихорадить, в свези со слухом о наличии у вас на замке тонн чистейшего сапфира, и падением его цены на рынке. Кстати, там и правда настоящие камни на башенках?

— Правда! — ответили мы хором, синхронно кивая головами.

А я приметил подозрительный листок бумаги, валяющийся подле одной из стен. Задумался на тему того — а что же в нем такого? Подозрительного! Пока сеструха решила продолжить болтать на тему того, сколь много всякого ценного у нас в замке есть, и сколь много мы всякого ценного можем сделать на продажу ради города.

— Розочку из камня драгоценного сделать могу! Вы же видели мою ту картину? Вот! И дерево… и целый сад! А еще простые картины рисовать! Это же ведь искусство! Это ценно! Это миллионы! И если мы проведем аукцион…

А Павел продолжил в ответ лишь вздыхать, да головой время от времени кивать.

Для стимуляции своей думалки, я думали — почесал репу. Как видно помогло! И я понял, что цветастой рекламной брошюрке, где предлагают что-то там купить, в тайном кабинете Павла быть совершенно не место. Да еще и на полу, под журнальным столиком, с графином воды на нем. Впрочем, не это вовсе привлекло моё внимание.

— Сестра, помолчи минутку.

— А? Что?

— Так…

— И вы тоже. — почти рыкнул я, и под озадаченные взгляды двух пар зеленых глаз, спрыгнул со стола.

Протопал до листка бумаги, хмыкнул, потер пальцами изображенную, на глянцевой бумаге картинку, еще раз хмыкнул, и потопал с добычей обратно.

— Чудо вражеской инженерии! Новинка прослушивающего фонда! — начал я, словно бы глашатай-оратор, оглашать округу своим голоском, словно бы зачитывая то, что написано на листке-послании, хотя там этого текста нет ни на букву, и это просто реклама авто, — Только сегодня и только здесь! Лист бумаги, что передал все нами сказанное куда-то в неизвестность!