Мы ужинаем молча. Как всегда.

С момента свадьбы прошло уже почти восемь месяцев, и я до сих пор не привыкла к этому холодному, напряженному молчанию.

Муж сидит напротив, в идеально выглаженной рубашке, неторопливо режет мясо. Он всегда такой — четкие движения, спокойный взгляд, как будто его ничто не может задеть.

Я украдкой смотрю на него. Он никогда... не прикасался ко мне по- настоящему. В первые недели я ждала, надеялась. Потом начала искать оправдания — устал, много работы, стресс. Но внутри сидела колючая, неприятная мысль, от которой я пыталась избавиться.

— Нам нужно поговорить.

Артур кладет нож и вилку, откидываясь на спинку стула О чем? — спрашиваю тихо. О детях. Мне нужен наследник.

Я чуть не роняю бокал с водой.

Дети? — повторяю, чувствуя, как щеки заливает жар. — Но... мы же...Вот именно, — перебивает он, и в его голосе нет ни тени смущения. — Мы не спим вместе.

Я вжимаюсь в спинку стула.

Я... думала, ты просто... не хочешь торопиться...Хватит мямлить! — Он смотрит так, будто это моя вина. — Я не могу с тобой спать, Зара. Почему? — наконец, задаю мучающий меня вопрос. Я импотент, — произносит он холодно и безразлично. — И всегда был.

Мне кажется, в ушах звенит. Я моргаю, пытаясь осознать.

Ты почему... не сказал мне сразу? А зачем? — он чуть склоняет голову. — Ты бы отказалась от брака? Мы оба знаем, что это было выгодно нашим семьям. Если бы не я, твой отец был бы банкротом. Мы оба получили, что хотели.

Я до боли впиваюсь ногтями в ладони.

И что теперь?.. — пытаюсь не заплакать от чувства предательства, которое охватывает меня. Теперь, — заявляет он хладнокровно. — Ты родишь от моего брата.

Я подскакиваю, едва не опрокинув стул.

Ты что, с ума сошел?!Сядь, Зара, и давай без истерик. Я решаю проблему. Мне нужен наследник. Арсен — моя кровь. Ребенок будет с моей фамилией, и никто ничего не узнает.

Я не... я не могу... это же...
– слова застревают в горле. Можешь, — говорит он жестко, и его глаза становятся еще холоднее. — Потерпишь пару ночей и в итоге получишь ребенка.

А если я откажусь? Я с тобой разведусь. И я расскажу всем, что бросил тебя, потому что ты слаба на передок.

Он усмехается. — Посмотрим, кто захочет на тебе жениться потом.

Я кусаю губы, чувствуя, как сердце бьется так сильно, что больно. Какая низость! Я никогда не считала его хорошим человеком, но, чтобы так опуститься...

Как тебя только земля носит? Ты отвратителен, Артур! Зато честен, — он поднимается на ноги. — Завтра он приедет. Будь готова и не вздумай сбегать из дома. Я дважды не подумаю, прежде чем заменить тебя на более сговорчивую жену. Не рушь свою жизнь, Зара, не будь дурой.

Он уходит, даже не обернувшись.

А я остаюсь сидеть в тишине, чувствуя, что пол подо мной качается, как будто я стою на краю пропасти.

Муж уехал утром. Сказал коротко, без лишних слов:

— Сегодня придет Арсен, проведет с тобой ночь. Будь дома.

Он даже не попытался смягчить это, не отвел взгляд, не нашел оправданий своему скотскому отношению. Просто сказал — и ушел.

Я осталась стоять в пустом коридоре, чувствуя, как ледяная волна прокатывается от макушки до пят.

Я виделась с Арсеном раньше всего несколько раз — на семейных ужинах, на больших праздниках, где собирались все родственники. Он всегда выделялся среди мужчин этой семьи.

Высокий, мощный, с хищными чертами лица и взглядом, от которого становилось жарко, даже если он просто мимо проходил. Говорил мало, но когда говорил — все слушали.

Жил он отдельно, в большом доме на окраине города. Говорили, что у него свое дело, свои люди, и это «дело» лучше не обсуждать при посторонних. Муж никогда не рассказывал о нем, только иногда упоминал, что брат «слишком горячий, слишком своевольный».

И вот сегодня он должен прийти... ко мне.

Весь день я хожу по дому, будто в клетке. Слышу каждый шорох, прислушиваюсь к шагам во дворе, хотя знаю — он приедет вечером.

Я стою у окна, когда внизу останавливается черный внедорожник. Узнаю его сразу — видела на одной из семейных встреч. Дверь хлопает, и он выходит.

На нем черная кожаная куртка, темные джинсы, тяжелые ботинки. Он идет неторопливо, но в его походке чувствуется та самая мужская уверенность, от которой внутри все сжимается Я успеваю только отойти от окна, как раздается короткий, но требовательный стук в дверь.

— Открой, — голос Арсена глухой и хриплый.

Я открываю, и он встает на пороге, такой же высокий и угрожающе спокойный, как я помню. Его темные глаза задерживаются на мне, и я чувствую, как кровь приливает к лицу.