— Но завтра же они наверняка продолжат, верно? – спросила Джина, явно больше обеспокоенная тем, чтобы ремонт был выполнен в срок, чем тем, что думают ее соседи.

— Если только они смогут запустить его, то да, – осторожно ответила Абриль, решив, что лучше подготовиться к худшему сценарию. В конце концов, никто не знал, в чём проблема. Что, если им придётся заказать деталь и ждать её доставки, прежде чем они смогут продолжить?

— Что ж, если они не смогут починить его или найти замену до завтра, скажи Джареду, чтобы он занялся сносом внутреннего сада (это озеленённая зона внутри дома, которая может быть открытой или частично закрытой стеклянными перегородками). Я знаю, что ковёр ещё не привезли, но они могут выкопать растения и убрать землю, засыпать гравием, залить бетон, чтобы все было готово к тому времени, когда ковер все-таки доставят, – твёрдо сказала Джина. – Я очень хочу, чтобы все внутренние работы были закончены до моего возвращения. Это избавит нас от того, что строительная бригада будет шнырять по дому и отвлекать нас от работы.

— Было бы здорово, – медленно произнесла Абриль, а затем поморщилась и добавила: – Только Джаред объяснил, что ковёр – не единственная причина, по которой они не стали убирать сад, прежде чем начать снаружи. Он сказал, что экономически выгоднее завозить гравий и бетон для внутреннего сада и фундамента одновременно. Он планирует нанять пару человек для перекопки внутреннего сада непосредственно перед тем, как привезут гравий для заливки фундамента, и то же самое сделать с бетоном. Его будут заливать снаружи и внутри одновременно. Он сказал, что таким образом в полу гостиной в течение нескольких дней или недель не будет огромной зияющей дыры, в которую кто-нибудь может упасть.

Абриль без труда расслышала раздраженное бормотание Джины, прежде чем женщина сказала: — Ну, что ж, это логично. Мне просто не терпится избавиться от этого сада. Терпеть не могу растения в нём.

Абриль криво улыбнулась, радуясь, что её начальница не закатила истерику из-за новости, которую она только что сообщила. От облегчения, она решила ее поддразнить: – Ты хотела сказать, что ненавидишь поливать эти растения по выходным, когда я не могу сделать этого?

— И это тоже, – признала Джина. – Но я ненавижу эти растения. Честно говоря, не знаю, о чём думали Брансоны. Я имею в виду, могли ли они найти более уродливые растения? Та мерзкая, тонкая пальма или юкка, похожая на согбенного и изможденного старика, и эти разросшиеся стебли кукурузы...

— Это не кукурузные стебли, – с улыбкой перебила Абриль, но признала: – Хотя они действительно чем-то на них похожи. Пятнадцатифутовые(?4,5м) кукурузные стебли. И да, они уродливы. – После короткой паузы она поддразнила: – Ты не упомянула орхидеи «Naked-man orchids» (Orchis italica — многолетнее клубневое травянистое растение семейства орхидных, также известное как ятрышник итальянский (Naked man Orchid, Italian Orchid). Название получило из-за формы ламеллума каждого цветка, которая напоминает фигуру обнажённого мужчины в шляпе). Разве ты не будешь рада избавиться от них?

Абриль как раз возвращалась с прогулки с собакой своего босса, когда зазвонил телефон. Остановившись на полпути на длинной подъездной дорожке, она вытащила из кармана телефон и взглянула на дисплей. На экране высветилось «Леди Босс».

Продолжив идти, она ответила: – Привет, Леди Босс.

— О Боже, я до сих пор так озаглавлена у тебя в телефоне? – раздраженно спросила Джина Спалдайн вместо приветствия.

— Конечно, – рассмеялась Абриль. – В конце концов, это правда.

Когда в ответ послышалось лишь неопределенное ворчание, Абриль сменила тему и спросила: – Как поездка?

— Отлично! – воскликнула Джина с внезапным энтузиазмом. – Италия прекрасна! Если бы я знала местный язык, я бы переехала сюда.

— Ты говорила то же самое об Испании, Франции, Пуэрто-Рико и Рио-де-Жанейро, – с улыбкой напомнила ей Абриль, когда она добралась до конца подъездной дорожки и остановилась перед гаражом.

— И я каждый раз говорила серьёзно, – сказала ей Джина. – Спа-курорты просто потрясающие. Клянусь, их строят в самых живописных местах каждой страны.

— Наверное, так и есть, – согласилась Абриль, опустив взгляд на Лилит, когда большой золотистый лабрадор-ретривер попытался уйти, дернув поводок. Потянув лабрадора назад, она быстро наклонилась, чтобы включить беспроводной ограничивающий ошейник, который удерживал собаку на безопасном расстоянии во дворе. Затем она ласково погладила её, прежде чем отпустить с поводка, чтобы она могла побегать.

Снова выпрямившись, Абриль оглядела похожий на парк участок площадью в три акра, который был двором Джины, и заметила: – Я думаю, что твой дом тоже расположен в довольно красивом месте.

— Так и есть, – призналась Джина, и её тон говорил о том, что она довольна новым домом, который купила. – Вот почему я его и купила. Кстати, как идёт строительство?

— Э-э... хорошо.– Абриль взглянула на огромную зияющую дыру в земле около дома и на большой желтый автомобиль, который молчаливо и неподвижно стоял рядом с ней.

— Хорошо? – спросила Джина, и в её голосе послышалось напряжение. – Ты произнесла это не очень уверенно, Эбс. Что случилось?

Абриль поморщилась, услышав вопрос. Она надеялась скрыть эту проблему от Джины, но ей следовало быть осторожнее. У нее не получалось скрывать что-либо. – Да ничего особенного, – быстро заверила она её. – Просто… Ну, ты же знаешь, они вчера закончили ремонт в главной спальни, в ванной комнате и на кухне и планировали начать рыть котлован под пристройку сегодня утром?