— Мало того, что у Ричера будет двести тысяч, они будут чистыми. Он *заработал* их на валютных спекуляциях, что законно. У него будет легальный бумажный след для всех сделок. Гораздо лучше, чем пытаться объяснить деньги, вырученные от продажи наркотиков или оружия.

Баглин сказал:

— Притчард этим занимался? Вы уверены?

— Притчард занимался. В начале семидесятых. И да, я уверен.

— Кто-нибудь из других учёных?

— Я не нашёл доказательств.

— Продолжайте искать. Хорошая работа. А вы, Ричер? Смит? Я понимаю, что сегодня у вас был свободный день. Но завтра? Нет. Завтра утром будьте здесь с ясными головами. Всем понятно?

* * *

Уолш подождал, пока Баглин уйдёт, затем приблизился к Ричеру и Смит. Он помедлил мгновение, затем сказал:

— Ребята, есть кое-что, о чём я не упомянул только что. Я не знал, безопасно ли, разумно ли говорить об этом при Баглине.

Ричер сказал:

— Что именно?

— Займы, на которых заработал Притчард? Все они были выданы одной и той же компанией. AmeriChem. Поэтому я также изучил и её. До того, как Сьюзан Каслуга основала её, она учредила другую корпорацию на Большом Каймане, с партнёром с Виргинских островов. Заявленной целью была борьба за контракт на строительство химического завода в Пакистане. Это было неудачно, поэтому компанию ликвидировали. Каслуга вернула свои деньги, а также подала в суд на партнёра. Она вышла из этого с огромным отступным.

— Так это была удача? Или неудача?

— Это был ещё один способ ввезти деньги в страну и одновременно их легализовать. Это произошло прямо перед операциями Притчарда с валютными займами. И угадайте, кто был одним из директоров? Чарльз Стаморан. Что не запрещено. Он ушёл в отставку в 79-м, когда его политические амбиции начали приносить плоды. И у AmeriChem никогда не было сомнительных правительственных контрактов. Но всё же. Учитывая наши подозрения...

— Вы правильно сделали, что промолчали. Это разумно. И снова это имя. Каслуга.

— Что вы имеете в виду?

— Её имя всплывало пару раз в последнее время. Может, я просто стал обращать на него больше внимания из-за всего, что происходит со Стамораном. Вы что-нибудь о ней знаете? Должно быть, в Казначействе есть досье.

— Не знаю насчёт досье. Я читал пару интервью с ней. Пару статей и профилей. Она крупная фигура в промышленном мире. Первопроходец. Её карьерный путь был почти безупречен.

— Почти?

— Она начинала с малого, выросла до гиганта, и практически всё, к чему она прикасалась на этом пути, превращалось в золото. Единственный сбой был, когда её компания была ещё совсем новой. На неё подали в суд. Какая-то проблема с продуктом, который она разрабатывала. На самом деле не редкость. Я не помню деталей. Хотя могу узнать больше, если хотите.

— Определённо. Пожалуйста, сделайте это.

— Дайте мне двадцать четыре часа.

— Идеально. А теперь кто-нибудь голоден?

Смит сказала:

— Конечно. Но давай найдём другое место, ладно? Я не хочу больше никогда ступать в этот чокнутый недостроенный бар.

Глава 22

Ричер был сторонником симметрии. Кто-то оставил тело Найлсена на полу в ванной, поэтому Ричер, естественно, хотел оставить тело этого человека на том же самом полу. Проблема была в том, что этот пол находился в отеле. И мало того, что Ричер переехал в другой отель, нарушив потенциальную закономерность, так ещё в отелях полно людей. Люди слышат разные вещи. Они сообщают о них в полицию. Например, звуки. Такие, какие могут возникнуть, если парень, убивший Найлсена, окажется несговорчивым. Поэтому, когда Ричер говорил с *Джоном Смитом* по телефону и сказал ему, что знает всё, что знал Найлсен, он назначил встречу в заброшенной церкви, в двух милях за городом, в 10:00 вечера того же дня.

Ричер добрался до церкви к 8:00 вечера. Его золотое правило засад — всегда прибывать первым. Это даёт возможность изучить местность. Старое здание было в плачевном состоянии. Крыша отсутствовала полностью. Некоторые стены обрушились. Над тем местом, где когда-то был алтарь, уцелело одно окно с витражом. Два ряда колонн тянулись вдоль заросшего нефа. И снаружи осталось несколько разрозненных обрубков — всё, что уцелело от контрфорсов, когда-то подпиравших конструкцию. Ричер нашёл место, где куча обломков кладки отбрасывала густую тень, и устроился ждать.