Я сдаюсь. Тот, кто сказал: «Это так же трудно, как пасти кошек», очевидно, никогда не пытался пасти группу азиатских тетушек. Мне просто приходится поверить, что раз они не использовали полицейскую машину, полицейский участок или еще какой-нибудь ужасный эмодзи, то все в порядке. Или, по крайней мере, не так катастрофично.

Как раз когда я засовываю телефон обратно в карман, за дверью начинается движение. Я оживляюсь. Наконец-то! Жених и его друзья пришли. Я держу свою камеру – 35 миллиметров, что дает мне самый широкий угол из всех, который я могу запечатлеть – и ловлю моменты, когда подружки невесты, которые собрались у дверей номера, кричат:

– Кто там?

– Жених! – раздается ответ, и подружки невесты хихикают.

Они открывают двойные двери, раздается ликование, хотя и слабое и отрывистое, так как жених и его друзья, очевидно, страдают от ужасного похмелья.

– Вы опоздали! – кричит Морин.

Том Круз Сутопо – мне нужно перестать мысленно называть его полным именем, но я никак не могу называть его Томом Крузом – и шаферы на переднем плане вздрагивают от ее крика. Том слабо улыбается:

– Впустите нас?

– Только если вы сделаете для нас несколько вещей! – При этом все подружки невесты ликуют, а шаферы театрально стонут.

Я улыбаюсь, фотографируя их всех. Обожаю церемонию Пенджемпутан. Я вижу, как подружки невесты придумывают самые креативные испытания для женихов: заставляют их брить друг другу грудь, надевать подгузники на штаны, задают им самые неожиданные вопросы о невесте или заставляют есть сырой чили, если они неверно отвечают.

Сейчас же коробку «Виктория Сикрет» передают от подружки к подружке, пока она не доходит до главной подружки невесты.

– Не возвращайтесь, пока не наденете это, – смеется она, передавая коробку Тому.

Парни снова громко стонут, но и смеются, некоторые прикрывают свои лица, доставая кружевное белье из коробки. Они храбро надевают кружевное белье поверх своих костюмов, и именно тогда все понимают, что в коробке остался комплект белья.

– Почему остался комплект? – спрашивает Морин, держа в руках кружевное нижнее белье.

– Все вы должны их носить! Выходите, хватит прятаться! Кто пропал?

Друзья жениха оглядываются вокруг, выглядя смущенными и… виноватыми. Хм. Почему они должны выглядеть виноватыми?

– Райана здесь нет, – говорит Том.

– Почему?

– Он… – Том понизил голос, немного наклонился и сказал: – Пожалуйста, не говорите Джейку, но он не может найти свою одежду.

– Что? – кричит Морин. – Ради всего святого, Том. Да ладно. У вас, ребята, было ОДНО задание. Одно! Просто появиться. А вы даже не смогли… – Она останавливается, делает глубокий вдох и заставляет себя улыбнуться. – Ладно, неважно. Двигаемся дальше. Время для следующего испытания.

Она кивает одной из подружек невесты, которая что-то набирает в своем телефоне. Начинает играть «Милкшейк» Келис.

– Встряхнитесь, парни! – кричит она и затем направляется обратно в комнату, шепча что-то другой подружке невесты. Та кивает и занимает свое место у входа.

Морин спешит через гостиную в спальню, где ее ждет Жаклин. Несколько мгновений спустя, даже сквозь шум музыки я слышу, как Жаклин спрашивает:

– Серьезно?

Не могу удержаться от вздоха. Честно говоря, могут ли эти шаферы быть более безответственными? Я подхожу к спальне и тихонько стучусь. Жаклин поднимает голову:

– О боже, Мэдди, у нас не хватает шафера!

– Да, я слышала. Слушай, я знаю, это кажется огромной проблемой, но на самом деле все не так. У тебя достаточно подружек невесты и шаферов, чтобы люди не заметили отсутствия одного, и я обещаю, что фотографии получатся такими же хорошими.

– Но как же быть, когда они пойдут к алтарю после церемонии? Я не могу послать Бекку к алтарю одну, это так грустно.

Я быстро соображаю.

– Она может идти с другой парой. Пусть шафер встанет между двумя подружками невесты, когда они пойдут к алтарю.

Жаклин и Морин смотрят друг на друга, обдумывая то, что я сказала, а затем Морин пожимает плечами.

– Она права. Это лучший вариант.

Жаклин вздыхает.

– Хорошо. Поможешь?

– Я дам ей знать, – отвечает Морин, – не волнуйся. – Она сжимает руку Жаклин и выходит из комнаты.

Жаклин прислоняется головой к стене и вздыхает:

– Этот день – сплошной бардак.

Она не знает и половины того, что происходит.

– Свадьбы всегда такие. Но твоя проходит отлично, поверь мне. И ты выглядишь потрясающе.