Он смотрит на меня с вопросом в глазах.

– Да, мы не хотели занимать слишком много места в кухне, и это все не первой необходимости, так что мы подумали, что уберем его с твоего пути, – снова лепечу я.

Мама все еще оглядывает Нейтана со всех сторон, как будто он арбуз, который она хочет купить.

– Очень высокий, – бормочет она, – хороший рост. У тебя раньше были брекеты?

– У меня… что?

– Ма!

– Брекеты, знаешь, на зубах.

Старшая тетя и четвертая тетя улыбаются Нейтану в ожидании.

– Эм, нет? – На лице Нейтана появляется то стеклянное выражение, которое я часто видела у людей, когда ма говорила с ними.

– Ух, так твои зубы по природе такие ровные? Прекрасно! Мэдди, он очень хороший экземпляр и даст хорошее потомство. Не понадобится тратить деньги на брекеты для ваших детей.

Моя челюсть падает до пола. Лицо Нейтана так покраснело, что, я уверена, на нем можно вскипятить чайник.

– МА! – Я умоляюще смотрю на своих тетушек, и они наконец-то перестают ухмыляться, чтобы взять маму за руки и увести ее.

Несмотря на это, я все еще слышу, как мама говорит:

– У него очень хорошие зубы, да?

Я поворачиваюсь к Нейтану:

– Очень, очень сожалею об этом. Пожалуйста, не обращай на нее внимания.

– Не извиняйся. Я всегда хотел, чтобы люди замечали, какие ровные у меня зубы.

Он ухмыляется, а я смеюсь.

– Ладно, они безумно ровные.

– А еще я всю жизнь ждал, когда мне скажут, какой я хороший экземпляр.

– Ага. Ты чертовски хороший экземпляр. – Только сказав, я понимаю, как тяжело прозвучали эти слова. Неужели он не знает, что ни один другой парень даже близко к нему не стоял? Что после него я не могла не сравнивать с ним каждого встречного мужчину? А еще, что все это не имеет значения, потому что у меня в буквальном смысле труп, сидящий в холодильнике рядом с нами???

К счастью, Нейтана отвлек родственник с огромными золотыми часами «Ролекс», который подошел к нему с громким:

– НЕЙТАН! Мой мальчик, что за место, а? Твой старик будет гордиться тобой!

– Привет, дядя Тимми, я так рад видеть тебя здесь.

– Слушай, Нейтан, тетя Софи устала после поездки сюда на яхте. Не мог бы ты нас заселить по-быстрому? – мужчина кивает на длинную очередь людей у стойки регистрации.

– Я сейчас занят, но попрошу кого-нибудь позаботиться об этом.

– Нет, все в порядке, – быстро отвечаю я, – почему бы тебе не помочь ему? Мне все равно нужно торопиться.

Нейтан одаривает меня извиняющейся улыбкой.

– Хорошо. Увидимся позже, Мэдди. Пойдем, дядя, я позабочусь о вас.

Как только Нейтан и пожилой мужчина уходят, я спешу к тетям и маме.

– Хорошо, пойдемте.

– Мэдди, ух, ты должна бороться за этого парня, твоя мама права, он лучший вариант, – говорит старшая тетя, на что четвертая тетя усмехается.

– Может, поговорим о моей личной жизни позже? Когда у нас не будет о чем заботиться?

Моя мама и тети ворчат, но потом наклоняются, чтобы приподнять угол холодильника, и тут к нам подлетает посыльный.

– Пожалуйста, позвольте мне отнести это для вас, – говорит он.

– Нет, – отвечаю я.

– Не беспокойтесь, мэм, я принесу его в ваш номер. Номер двести два, верно?

– Не…

Он вежливо улыбается и берется за один конец холодильника. Мои мысли спотыкаются, но, прежде чем я успеваю что-то сказать, ма заявляет:

– Айя! Вы, посыльные, всегда ищете чаевые. У меня нет для вас чаевых, уходи.

С удивленным взглядом посыльный отвечает:

– Я не…

– Уходи, кыш.

Мама буквально отпихивает его, как непослушного щенка, и он уходит, качая головой и бормоча:

– Азиаты.

Я вздрагиваю, разрываясь между гневом на его тихое замечание и смущением из-за нашего ужасного поведения. Тем не менее, у меня нет времени беспокоиться об этом сейчас.

– Давайте уйдем, пока еще один посыльный не остановил нас.

Мы подхватываем холодильник и бежим к лифту, чувствуя следующие за нами взгляды. Я их понимаю.

Из нас получилась странная команда: я во всем черном, старшая тетя и мама в больших белых фартуках, а четвертая тетя – вся в блестках и перьях.

Только после того, как двери лифта за нами закрылись, у меня получается выдохнуть, но я все еще не могу избавиться от ужасного чувства, что слишком многие видели нас с холодильником. Слишком много любопытных взглядов было брошено в нашу сторону. Нам нужно избавиться от холодильника как можно скорей.