Я молча взял Натали за руку и повёл за собой.

Какого хрена ее телефон был у Макса? Этот вопрос я бы хотел задать им двоим.

Наша компания всем составом, плюс Катя, сидели в VIP кабинке.

Дверь открыл, чуть ли не с ноги. Было заметно, что такое мое резкое появление напугало их. Но никто не проронил ни слова.

Натали осталась у двери, сама выдернула свою руку.

– Ты чего, Марк?
– вскрикнула Карина.

Однако я на неё не обратил внимания, а прямиком направился к брату.

– Телефон и ключи, - Схватил я Макса за грудки.

Макс молча вытянул из кармана электронные ключи и мобильник. И кинул их на столик.

– Внимательнее надо следить за своим.
– Процедил брат.
– А то украдут.

Я отпустил брата.
– Ты за своим следи, - Указал взглядом на Диану. И направился к выходу.

Натали у дверей уже не было.

Вот же чёрт.

– Какие же мне усилия пришлось приложить, что бы не взять её там, - Крикнул мне вслед братец.
– Я даже предположить не мог, что розовый цвет так сексуален.

Я даже сам не понял, как прижал брата к полу. И уже замахнулся на него кулаком.

– Стой, - крикнула Карина, схватившись за мою поднятую руку.
– Он тебя провоцирует, Марк.

Мне понадобилось ещё какое-то время, чтобы отпустить брата.

– Тронешь её хоть пальцем.
– Прорычал я - Убью.

Я быстро поднялся с пола и вышел, пока не передумал набить эту ехидную морду.

Гнев бурлил во мне, пока не сменился беспокойством.

Натали нигде в клубе не было.

Выскочила на улицу в одной кофте. О чём только думала, дура, на улице-то не лето. Морозный воздух моментально проник под одежду и зубы непроизвольно застучали. И вместо того, чтобы тут же вернуться побрела по тротуару, обхватив себя руками. Будто это спасет меня от холода.

Кому хотела что доказать? Не знаю. Почему я так отреагировала? Да ясно почему, признаться только не могу себе.

Больше всего на свете боялась вновь полюбить и все же "вляпалась".

Вспомнила, что видела в клубе. И в груди снова садануло. Хотя по хорошему счету ничего ведь действительно не произошло, или я просто себя убедить так хочу, успокоить. Но вот только одно неприятное обстоятельство, Марк пошёл один в этот идиотский клуб, без меня.

Не знаю, как долго я так шла, погруженная в свои мысли. Мне казалось вечность. Пальцы онемели от холода, нос вероятнее всего красный. Я дышала на руки и растирала ладони. В надежде, что хоть так станет теплее.

Люди, которых я встретила, а их всего попалось парочку, смотрели на меня как на больную. Хотя правда какая-то в этом была.

В нескольких метрах от меня резко, со скрипом тормозов остановился тонированный джип.

– Натали.
– Раздался знакомый мужской голос. Я подняла глаза, на мужчину, который быстрым шагом направился ко мне. По пути снимая пальто. Ещё пару шагов и Марк уже накинул его мне на плечи. Боже, какой же кайф.

– Спасибо, - постукивая зубами поблагодарила я его, не двигаясь с места.

– Ты, дура, знаешь об этом?

И ведь не поспоришь. Я просто махнула в ответ головой в знак согласия.

Марк поднял меня на руки и донёс до машины, открыл мне дверь и аккуратно усадил меня на переднее пассажирское сидение.

Какое-то время мы ехали молча. Только стук моих зубов нарушал тишину.

Марк включил печку на полную мощность и по тихонько руки стали розоветь и становится тёплыми. Но такое чувство, что мои внутренние органы промерзли до такой степени, что никак не могли отогреться. Отчего я продолжала дрожать.

– О чём ты только думала?
– в голосе Марка явно было раздражение.

– Просто хотела уйти, - Неуверенно выдавила я из себя.

Марк погладил переносицу и тяжело выдохнул: - Как же с тобой не просто.
– Не знаю было ли это обращение ко мне, или это он проговорил для себя. Однако без внимания я эту реплику оставить не могла.

– Ты сам выбрал этот путь. Хочешь, что бы было просто? Я могу уйти, но ты ведь не даёшь.

– Ты не понимаешь, детка. Без тебя ещё хуже.
– Со вздохом произнес Марк.

Я посмотрела на мужчину. Он внимательно следил за дорогой, погруженный в свои мысли. А у меня в голове снова возникла картинка с клуба. Марк и Катя. От представленного, по телу прошлась дрожь. Но не от холода, которого я уже не чувствовала, а от досады и от возникшей ревности.