— И ты ничего не скажешь?

— Прости.

Мама задала парочку дежурных вопросов по поводу моего нового соседа и попросила не слишком привязываться к новому жилищу, раз уж я хочу сбежать.

А я уже и сама не знала, чего хочу больше: остаться честной или отомстить Юсупову. У обоих вариантов были плюсы и минусы, поэтому я решила посоветоваться с лучшей подругой Женькой. Она ответила на звонок после первого гудка.

— Наконец-то! — закричала в трубку Баландина. — Я всё жду, когда ты уже позвонишь! Немедленно рассказывай, кто тебе достался в соседки? Нормальная девчонка? Будет разрешать оставаться у тебя? Или вредная?

— Вообще-то, — протянула я, — как раз вредная. Точнее, вредный.

— Гонишь! — слишком уж радостно взвизгнула Рина. — У тебя сосед-парень?! Вот везуха! Хоть симпотный?

Евгения всегда считала, что если парень в меру смазливый, то скорее всего хороший и инициативный. В крайнем случае, ему можно всё простить. Главное, чтоб он не был слишком красивым и самовлюблённым, тогда дело плохо. Но с Кириллом никакие формулы не соотносились.

— Ты его знаешь, — траурным тоном ответила я. — Это Юсупов.

Счастливый писк из трубки услышал даже Павлито, задремавший на краю кровати.

— Погоди, ты же вроде из-за него вылетела с олимпиады и не поступила на бюджет. Или я что-то путаю? — испугалась Женя. — Как так вообще вышло?

Конечно, я всё рассказала Баландиной. И про то, как родители Юсупова предложили мне сделку, и про самого Кирилла, слишком уж резко перешедшего от стадии «не хочу жить с левыми людьми» к стадии «привет, соседка». О том, как парню не понравился мой кот, как он наверняка задумал какую-то пакость. Вообще обо всём.

Мы проболтали до позднего вечера. Я опомнилась только в одиннадцать часов, попрощалась и решила пораньше лечь — просто для того, чтоб завтра всё намыть в квартире и подготовиться к первому сентября.

День выдался нервным, поэтому я из последних сил сходила в душ и упала в кровать, прошептав себе под нос заветное заклинание:

— На новом месте приснись жених невесте.

У меня не было особых надежд, но кое-что всё же случилось…

Мне приснился Кир. В чёрных боксерах, лохматый и напуганный. Его взгляд бегал по комнате, пока парень медленно приближался. Шаг за шагом, бесшумно, как дикий кот. Всё было странно и необычно. Он наклонился, а у меня в голове почему-то мелкнула мысль, что этот гад вот-вот меня поцелует.

Но вместо этого он накрыл мой рот ладонью. И тогда я поняла, что всё это — совсем не сон.

— Ты совсем офигел?! — почти заорала я. На самом деле получилось только промычать, потому что Кир сильнее прижал ладонь к моим губам, опасно нависнув сверху. Наши лица находились всего в паре сантиметров друг от друга, а моё сердце захлёбывалось кровью от внезапной близости.

«Отойди! Отодвинься же! — хотелось закричать. Но он всё ещё держал ладонь на моих губах, а второй рукой давил на плечо и прижимал к кровати, не давая встать. Даже в полутьме комнаты я заметила его безумный взгляд. Будто он… — Нет! Только не убивай! С чего только мама решила, что он порядочный?»

— Ш-ш, — зашипел Кирилл. Его дыхание обдавало кожу щеки и разгоняло мурашки по всему телу. Я была не уверена, что это хорошие «правильные» мурашки, потому что помимо них всё тело сковывал холод.

«Он же сошёл с ума! Срочно бежать!» — мелькнула единственно правильная мысль в голове.

Я попыталась вырваться и начала брыкаться, но Кирилл сделал то, чего я совсем не ожидала — он навалился на меня. Просто лёг сверху, упираясь коленом рядом с моим бедром, и тем самым отрезал любые пути для побега. Сколько бы я не мычала, сколько бы не пыталась вывернуться, ничего не получалось.

Бум-бум-бум.

Сердце колотилось так громко, что в тишине комнаты его было слышно слишком уж отчётливо. Ладони вспотели, и мозг начал подавать сигналы бедствия, рисуя совсем уж неприличные картинки.

— Да замолчи ты, — прошипел вдруг Юсупов. Он наклонился так, что кончики наших носов соприкоснулись на мгновение. Жаль, в полутьме было сложно полноценно считать выражение его лица, хотя мне казалось, что парень просто слетел с катушек. — Слышишь?

— М-м-м, — промычала в ответ, пытаясь покрыть его отборными ругательствами и угрозами.

— Там кто-то ходит, — спокойно отозвался Кир.

Я замерла.

Чего?!

Стоило только подумать о том, что у Юсупова шизофрения и галлюцинации, как в общей гостиной действительно раздались приглушённые шаги. Не такие, словно кто-то крался, а такие, будто грабитель был уверен, что дома никого, но всё же шуметь и привлекать внимание соседей не хотел.

Очень медленно Кир убрал ладонь с моих губ и привстал. Правда, сделал это не до конца — его лицо всё ещё опасно близко нависало над моим, а дыхание касалось щеки.