Она умерла, когда Мирослава пошла в первый класс, и это событие разделило их жизнь на «до» и «после». Дочь смогла начать улыбаться только через год, несмотря на старания Тимура и бабушек с дедушками, и всё равно её характер стал гораздо более угрюмым и замкнутым. А уж как она реагировала на женщин рядом с отцом — словами не передать. И неважно, были там матримониальные намерения или она просто мимо проходила — Мирослава сразу проявляла агрессию, чуть ли не зубы скалила. Тимур думал, со временем пройдёт, но чёрта с два — Мирославе было уже двенадцать, и никаких улучшений в данном вопросе не просматривалось. Ему казалось, что даже наоборот, стало хуже.

Примерно год назад с ним попыталась завести более тесное знакомство одна из мам его учеников, женщина симпатичная и свободная. Не то чтобы Тимур был сильно «за» — он всё-таки считал, что не стоит связываться с родителями детей, учащихся в его школе, хотя сердцу, конечно, не прикажешь, — но поведение Мирославы, узнавшей, что отец пару раз шёл домой после занятий с «какой-то тёткой», как она выразилась, выходило за всякие границы. Самой женщине дочь ничего не высказывала — она предпочитала топтаться по нервам отца, и Тимур тогда едва не начал лупить её ремнём, устав от демонстративной истерики. Мира и голодовку объявила, и школу начала прогуливать, и огрызалась так, что у Тимура вяли уши.

Он потерпел поражение. И как отец, и как педагог. Пообещал дочери, что никаких женщин в их доме никогда не будет — только после этого Мирослава угомонилась. Пытался затащить её к психологу, понимая, что проблему страха перед будущей мачехой — точнее, даже перед возможностью мачехи, — нужно прорабатывать, но Мира сопротивлялась столь отчаянно, что Тимур плюнул.

В конце концов, ему и одному нормально. Да и спокойствие дочери важнее любых желаний тела, которые он давно научился подавлять. Тем более, что Мирослава вполне может оказаться в чём-то права — вряд ли у Тимура получится найти женщину, которая станет относиться к его дочери с искренним теплом. Максимум будет терпеть и ждать, пока девочка вырастет и свалит подальше от отца и новой жены.

Нет, такую супругу Тимур себе вовсе не желал. И экспериментировать с чувствами дочери — вариант не для него. Поэтому всех охотниц за холостым, в меру симпатичным, непьющим и в целом положительным мужчиной он разворачивал с порога.

Вот как Диану. Хотя Тимуру до сих пор не верилось, что она действительно могла положить на него глаз. Он же её старше лет на пятнадцать, не говоря обо всём остальном. Может, просто не так понял?

Так или иначе, а это всё неважно. Он Диану проводил, её номера телефона у него нет, значит, всё закончилось. Максимум они могут столкнуться где-нибудь на улице, поздороваются, кивнут и разойдутся.

— Пап, ты меня слушаешь вообще? — Мира пощёлкала пальцами перед его лицом, и Тимур, тряхнув головой, очнулся.

— Прости. Устал.

— Ну ничего, завтра же суббота. Я спрашивала, можно ли поехать к бабе Вике и деду Андрею? Они меня в гости звали.

— Уроки успеешь сделать?

— Да я уже почти всё сделала, — отмахнулась Мира. — Таблица по истории осталась, но я её в воскресенье добью.

— Тогда поезжай, конечно.

— А давай со мной? — улыбнулась ему дочь. — Мы в парк развлечений хотим пойти!

— Только кучу денег на игровые автоматы не спускай и картошкой фри не объедайся.

— Зануда, — добродушно фыркнула Мира. — Ну так что, ты со мной?

— Нет, — покачал головой Тимур. — Прости, Мир, но у меня домашних заданий на проверку выше крыши.

— Эх.

— Не грусти. Уверен, тебе и без меня будет весело. А в воскресенье на каток поедем.

— Да? — глаза дочери сразу вспыхнули восторгом. — Супер, пап!

— Но только если все уроки будут сделаны, — уточнил Тимур, и Мирослава энергично закивала.

— Конечно, будут!

Он возвращался к привычной жизни и был уверен, что максимум пара дней — и Диана окончательно выветрится из его головы, как нечто мимолётное, неважное, вроде случайного попутчика в электричке.

Однако у судьбы были другие планы.

Диана

Проснувшись утром, Диана улыбнулась, вспомнив дурацкую примету: «На новом месте приснись жених невесте». А всё почему? Потому что кое-кто видел во сне Тимура и лучше не вспоминать, насколько не целомудренным был этот сон.

Вот так, два года Диана ни с кем не встречалась и ничего ей не снилось, а стоило только познакомиться на улице с интересным мужчиной, как сразу эротика в сновидениях пошла. Наверное, она всё-таки на редкость испорченная особа, если вместо чего-то невинного тут же мечтает о постели.

Ах, ну и ладно. Какая разница, что ей снилось? Всё равно ведь почти наверняка не сбудется. Даже если Алиса права и они с Тимуром увидятся ещё, совсем не факт, что доберутся до интима. Судя по реакции мужчины, он на подобное был не настроен. Значит, Диане можно хоть обмечтаться — а за мечты, как известно, денег не берут. Или это за что-то другое денег не берут? Да неважно, главное, что в какое-то существенное продолжение знакомства Диана не верила.