– При всем моем уважении, инспектор, – Кард отложил сигару и взялся на чашку с кофе, – временами вы еще ребенок и поэтому некоторым другим, склонным впадать в детство, не составляет особенного труда развести вас «на слабо».

– И вовсе я не ребенок! Сэр!

– Сказал же «временами», – полковник устало вздохнул. – Я им нотации читаю, – произнес он, обращаясь к ласточкиному гнезду под скатом крыши, – а в ответ что?

– Нам пообещать, что подобное больше не повториться, сэр? – с наигранной почтительностью осведомился Аллан.

Кард с безнадежным видом отмахнулся свободной рукой и сделал осторожный глоток.

– Будем считать мой долг начальника, отца и духовного наставника временно исполненным. Давайте к делу.

– Позвать остальных, сэр?

– Пока не надо, – подумав, решил полковник, – парочка техно-маньяков Мы заняты техническим спором, им нужно часа два, не меньше. Для Марилены у меня особая задача. Что касается вас, лейтенант, вижу, вы уже приступили к подготовке.

– Да, сэр. Хотя считаю своим долгом заметить, что по-прежнему не понимаю смысла данного действа.

– Ничего, лейтенант, – нарочито сочувственно произнес Кард, – вам тоже полезно иногда почувствовать себя грибом на плантациях у гномов. Тех самых, что содержат в полной темноте и удобряют отходами жизнедеятельности. Отправляйтесь геройствовать во славу Её Величества.

Аллан молча развернулся на каблуках и вышел, напоследок одарив меня сочувственным взглядом.

Некоторое время мы с полковником дружно рассматривали сад. Маленький, к тому же изрядно запущенный, сейчас он выглядел ранней осенью в миниатюре – зеленая листва, слегка тронутая желтизной, благородный багрянец и нежно-пастельный…

– Что касается вас, мисс Грин, – прервал тишину Кард, – ваш источник в университете хэя Лиорель, верно?

– Вы освоили методы лорда Рича, сэр?

– Хотел бы я ответить вам «да», – усмехнулся полковник, – но правда куда проще. Когда ваша новая знакомая еще только подала своей прошение Королевской Комиссии, те в лучших традициях аранийскй бюрократии затребовали от неё тележку всяческих бумаг, включая «грамоту о благонадежности» из эльфийского посольства. Тогда она обратилась к Молинари, он – ко мне, ну а я через сэра Дарнли организовал вместо этой тележки одну-единственную бумагу, но зато нужной степени бронебойности. В качестве побочного эффекта доносы на профессора Мирваэль теперь пересылают мне.

– Доносы?

– Хэя Лиорель, как вы наверняка успели убедиться, особа весьма самостоятельная, резкая в суждениях и не склонная обращать внимание на мнение окружающих. Особенно в части, – Кард закрыл глаза и со вкусом процитировал: «когда речь заходить о вашем убогом ханжеском лицемерии, бесстыдно прикрывшемся вывеской «морали»». Если хотите, могу дать почитать по возвращении, там забавно. Как выразился Молинари: «любопытный сборник плодов болезненного воображения и подавленных сексуальных девиаций».

– А что из этого списка интересует вас?

– Следующий слой луковицы…

– Вы сейчас почти как арквен Керуан заговорили.

– Мы в чем-то похожи.

Кард некоторое время изучал донце опустевшей чашки, словно прикидывая, не начать ли ему гадать на кофейной гуще.

– Насколько я успел заметить, – наконец заговорил он вновь, – некоторые, скажем так, более опытные представители вашей расы очень любят многослойные и многоходовые интриги. Профессор Мирваэль сдала вам «соек» Тинсмита на блюдечке, но что её держит в Скаузере?

– Библиотека лорда Уолша-Уэмисса-третьего.

– Собрание «Чокнутого Библиофила»? Больше выглядит как предлог, а не повод. Вы же понимаете разницу, инспектор?

– И как посоветуете узнать больше, сэр?

– Сходите и спросите, – пожал плечами Кард.

***

– Прямо так и сказал? – недоверчиво переспросила хэя Лиорель.

– Угу, – кивнула я, не отрываясь от книги. В этот раз мне пришлось дожидаться окончания лекции, просматривая завалы и на обращенном к окну склоне одного среди тускло-бурых «Описаний недр Чернокаменного хребта в окрестностях Карак Аз-Кулн» сверкнуло позолотой корешка истинное сокровище. «Сказания о любви и яблоне» Вартана Кристального, полное семикнижие, а не только первые две, имеющиеся в хранилище почти всех Ветвей.

– Интересный человек.

Кажется, книг и пыли в «норе» стало еще больше. Или просто солнечный день даже сквозь грязное окно высветил и дальние углы странного помещения, и летающие в воздухе пылинки.

– Угу.

– И интересный выбор трубочного табака для подарка, – хэя Лиорель провела пальцем по краю коробки, – мужчины обычно не очень уважают «лисичку». И ты подсказать не могла, в прошлый раз я курила другую смесь…

– Угу, – механически повторила я, затем спохватилась и поправилась, – это вышло случайно… я так полагаю.