– А как же тебе удалось избежать его чар? – полюбопытствовала Эмма.

– Сама не знаю. Думаю, поначалу меня так поглотили роман с Первисом и последующее разочарование в нем, что я и не замечала Тома Мазгроува.

– О ком это ты? Я совсем тебя не понимаю.

– Ты ничего не знаешь? – удивилась Элизабет. – Возможно, тебя считали слишком маленькой, чтобы делиться подробностями, но я сейчас всё расскажу. Я была помолвлена с Первисом, прекрасным молодым человеком (к тому же это была весьма недурная партия для меня), – и как по-твоему, что нам помешало?

– Жажду услышать, Элизабет, но теряюсь в догадках!

– Пенелопа! Да, виновницей действительно явилась она. Кое-какие поступки Пен привели к нашему разрыву, и Первис меня оставил.

Эмма была потрясена.

– С трудом верится – наша родная сестра! Возможно ли, чтобы юная девушка была так вероломна! Что же ею двигало?

– О, Пенелопа сама хотела стать женой Первиса. Пен отдаст все на свете, лишь бы выйти замуж, вот почему она теперь в Чичестере, – ты разве не знала?

– В Чичестере? – недоуменно переспросила Эмма. – Ты имеешь в виду, что Пенелопа уехала туда ради замужества?

– Ты разве не знала? – повторила Элизабет. – Хотя откуда тебе знать, ведь никто не мог просветить тебя на сей счет. Кажется, есть там некий доктор, которого Пен наметила себе в женихи. Он совсем старик, страдает астмой и разными другими недугами, однако приятельница, у которой гостит Пенелопа, считает его превосходной партией, ведь он обеспечит нашей сестрице порядочное состояние, а сам долго не проживет. Впрочем, я отнюдь не пользуюсь доверием Пен, поэтому имею лишь общее представление о происходящем. Просто я слышу, как она откровенничает с Маргарет или порой случайно проговаривается. Кажется, обе они полагают, что нынче все складывается весьма удачно и Пенелопа скоро окрутит избранника. Надеюсь, так и будет.

– Ах, Элизабет, по-твоему, она может быть счастлива со старым астматиком? Выходить замуж из столь корыстных побуждений! – ужаснулась Эмма.

– Право, не знаю, – спокойно ответила мисс Уотсон, – станет ли счастливее Пенелопа, однако уверена, что мы уж точно станем. Я всем сердцем желаю, чтобы Пен и Маргарет поскорее обзавелись мужьями, ведь Маргарет так капризна, что проще позволить ей поступать по-своему, а Пенелопа обожает ссоры и скандалы. Тогда как с тобой мы отлично уживемся, Эмма. Пусть другие выходят замуж, а я повременю.

– Теперь мне понятно, почему, однажды разочаровавшись в любви, ты уже не хочешь новых увлечений.

– Думаю, дело тут в другом, – возразила мисс Уотсон. – Мне, конечно, было жаль потерять бедного Первиса, и я действительно очень страдала в то время, однако теперь вовсе не прочь составить удачную партию, пусть и без особых чувств. Сдается мне, первая любовь редко кончается свадьбой.

– Лично я на многое готова согласиться, лишь бы не вступать в брак по расчету, – заметила Эмма. – Это возмутительно. Я предпочту пойти учительницей в пансион.

– В отличие от тебя, Эмма, я была в пансионе и знаю, каково служить учительницей. Ну и жизнь у них! Что угодно, только не это.

– Но замужество без любви, безусловно, хуже! – настаивала Эмма.

– О, замуж совсем без любви я точно не пойду, однако, думается, легко смогу полюбить человека со сносным характером, который обеспечит мне уютный дом. Уверена, что стану хорошей женой любому мужчине, если только он не очень брюзглив. Твое же представление о любви – очередной признак изнеженности: оно подходит лишь богачам, которые могут позволить себе подобную роскошь.

Эмма не ответила, но немного погодя промолвила:

– Ты, кажется, говорила, что существует всего одна мисс Эдвардс?

– Да-да, Мэри Эдвардс – единственная дочь, и я хочу, чтобы ты приметила, с кем она будет танцевать, особенно из офицеров, и станет ли увиваться вокруг нее капитан Хантер. Вскоре я собираюсь писать Сэму, а ему, наверное, не терпится узнать…

– С чего бы ему беспокоиться? – перебила сестру Эмма.

– Да ведь несчастный и сам без памяти влюблен в мисс Эдвардс! Он умолял меня понаблюдать за ней и дать ему знать, какие у него есть шансы. По-моему, должна сказать, вообще никаких. Возможно, Мэри к нему и неравнодушна, но ее отец, а главное, матушка этого брака не одобрят. И даже обзаведись Сэм собственной аптекой, они вряд ли позволили бы дочери на него заглядываться; а поскольку он всего лишь помощник сельского доктора, боюсь, ему и вовсе не на что рассчитывать.

– Бедняжка! Ты думаешь, Сэм ее любит?

– О да, наш братец, несомненно, без ума от Мэри: вечно упоминает о ней в письмах, а когда приезжает погостить, пытается увидеться. Однако ныне Сэм уверяет, что больше не собирается встречаться с предметом своей страсти, пока не получит решительного поощрения, иначе он попытался бы вырваться сюда и повидаться с Мэри на этом балу. Он не попросит у хозяина отпуск даже на Рождество, если я не пришлю ему обнадеживающий отчет.

– Что ж, я обязательно понаблюдаю за мисс Эдвардс, – пообещала Эмма.