— Это какая-то ошибка! Все же видели, что он на меня наехал! — Растерянно обращаюсь к сотрудникам полиции и свидетелям, пока меня заталкивают в патрульную машину.
— Вот и разберёмся автоподстава это или наезд. Пешеход обязан убедиться в безопасности перехода, — безэмоционально чеканит полицейский.
— Что? Какая ещё подстава? Это же твоя вина! Признай! Ты же сам извинялся! — Молю мажора о справедливости.
— Пупсик, у меня двенадцать камер, всё зафиксировано. Думала бросишься под колёса заряженной тачки и найдёшь себе спонсора? Или просто компенсацию на новую сумочку хотела? — Снисходительно улыбается мерзавец. — Просто признай свою невнимательность и не сядешь за вымогательство.
Герой ????????. Платон друг Влада из «Он мной одержим навеки» Эльдара из «Amorального предложения»????
Глава 1
— Спасибо! Мы вам перезвоним, — улыбается мне очередная потенциальная работодательница, а я мысленно загибаю девятый палец. Очередной отказ. Три недели собеседований и всегда один итог. — Серёж, проводи Полину, пожалуйста!
Плетусь за хозяином дома по длинному коридору, а сама уже мысленно собираюсь в Малоярославец к деду. Представляю, какая серость меня ждёт. Дед и его пьяные дружки. Мыши в доме, грязь и слякоть с сентября по май и полная безнадега. А в том медленном ритме меня ещё и скорбь шарахнет по полной. Я-то думала загрузить себя работой и учёбой и так пережить потерю, а там меня накроет по полной.
— Как вам наши условия? — Вырывает меня из раздумий отец детей, с которыми мне, возможно, ещё предстоит сидеть.
— Очень хорошие. У вас на редкость милые и воспитанные дети. И дом с участком прекрасны.
— А зарплата? Блок для персонала?
— Выше среднего. Я бы с радостью у вас работала. Мне всё подходит, — улыбаюсь мужчине с надеждой. Эта работа решила бы все мои проблемы. Ну, те, что можно решить.
Мужчина галантно помогает мне накинуть куртку и вдруг вжимает в стену. Чётко осознаю, что это не случайность, и цепенею от ужаса. Его руки скользят по моим бёдрам и сжимают их.
— А если мы с тобой подружимся, красотка, ещё сотку накину, — опаляет меня горячим дыханием и отходит.
Хватаю сумку и выбегаю из дома. Сердце сейчас выскочит из груди. Как же мерзко. Гадко. Хочется срочно помыться. Какое унижение!
— Ты подумай. Мы перезвоним, — доносится в спину, и я как нарочно спотыкаюсь на брусчатке. Боли не чувствую, вскакиваю и выбегаю с участка.
Пробежав до следующего перекрёстка, осматриваю себя, замечаю ссадину на коленке и ладонях и начинаю чувствовать боль. Хорошо, что это отвратительное собеседование было в том же посёлке, в котором я живу, и до дома мне пройтись всего десять минут, а не тащиться через весь город.
Ещё чуть-чуть, и я смою с себя этот кошмар. Двадцать первый век, эра интернета и высоких технологий, а какие-то богачи-дикари думают, что у нас крепостное право не отменили? Урод!
Трясёт всю от возмущения, брезгливости и злости. Подать заявление о домогательствах? Да кто мне поверит?! Подумают, хочу денег стрясти. А агентство меня сразу исключит.
Эйчар легка на помине и звонит, будто чувствуя, что я о ней думаю.
— Да, Ольга Витальевна, здравствуйте!
— Полина, хорошие новости! Ты прошла в Чистые Рощи. С понедельника можешь приступать.
— Нет, я отказываюсь. Мне не подходит. Нет!
— Поль? Ты месяц почти на собеседования ходишь и везде отказ. А тут готовы на проживание. Да и дети уже в школе. Лафа!
— Ольга Витальевна, исключено. А ещё есть вакансии с проживанием?
— Полин, вакансии-то есть, но брать тебя не хотят. А я честно скажу почему. Опыта настоящего по работе с детьми у тебя нет, образования никакого нет, ну а самое главное — молодая и красивая. Ну какая женщина захочет, чтобы такая прелестница в доме жила? Знаешь, сколько таких историй? Не перечесть.
— Знаю, — отвечаю дрожащим голосом. — Поэтому и отказываюсь.
— А-а-а-а. Поняла, — женщина молчит, и я надеюсь на её содействие. — Ну, Полин, тогда в офис. Других предложений у меня нет.
— Если что-то будет, пришлите, пожалуйста!
По интонации менеджера понимаю, что ничего она мне уже не отправит, и мой план по устройству няней с проживанием терпит фиаско. Да и я после сегодняшнего боюсь. Как вспомню… До сих пор чувствую его руки на себе.
Работа в офисе мне никак не подходит, потому что мне не хватит денег на аренду квартиры, оплату репетиторов и еду.
Говорят, цены за последний год так выросли, что мне даже комнату не снять. Не буду же я жить в резиновой квартире с гастарбайтерами.
Может, идея вернуться к деду не такая уж и плохая? Буду ему готовить, устроюсь в «Пятёрочку» и спокойно подготовлюсь к ЕГЭ там? Интернет бы провести. Судя по всему, это единственный разумный выход.
Нет, даю себе ещё месяц на поиск работы, не получится, тогда уеду. К хорошему привыкаешь быстро, вот и я уже не очень хочу возвращаться туда. За семь лет жизни в Москве всё там стало чуждым.
Я все эти годы понимала, что всё, что меня окружает, не наше, что мы здесь временные гости, но семья, в которой мама работала няней, к нам так хорошо относилась, что волей-неволей я начала чувствовать себя как дома.
Захожу на участок, который стал мне за последние семь лет родным, и останавливаюсь у маминого куста роз.
— Мамуль, сегодня опять неудача. Прости, что завалила экзамены! Прости, что не смогла собраться! — Шепчу в пустоту и обещаю себе быть сильной.
Мамочка сгорела буквально за полгода. В феврале ей озвучили страшный диагноз — лимфома Ходжкина. Шансов не давали никаких сразу, но посоветовали клинику в Тель-Авиве.