Перед машиной стояла неясная, неконкретная задача -- просто работать. У человеческого мозга такая же задача, иначе сам человек не стал бы задумываться о смысле своего существования. От неконкретности начинаются фантазии. И не один я разыскиваю душу: человек, как только определился в своем существовании, поставил перед собой эту новую неконкретную задачу.

Машина, получившая возможность абстрагировать,-- это уже не просто машина...

Андрей и Виктор очень трудно выходили из подчинения машинному сну. Что они увидели дальше -- за одиночеством и смертью? Продолжение? Но чего?!.. Может, за той гранью было рождение, страшное, мучительное рождение нового?..

– - Что с машиной?-- был первый вопрос Виктора. !

– - Жива,-- ответил я.

– - Жива,-- тихо повторил он за мною.-- Живая.-- Он помолчал, через прищур глядя на экран. Потом сильно зажмурился, глухо простонал, как от боли, сдавил руками голову.-- Действительно, живая,-- едва внятно пробормотал он.-- А мы ее убивали... Каждый вечер...

Лесик вдруг заплакал: сначала его круглое лицо раскраснелось, потом он по-детски всхлипнул раз, другой, и крупные слезы быстро покатились по его пунцовым щекам.

– - Не так,-- простонал он.-- Все не так.-- И спрятал лицо в ладони.

– - Что вы видели?!
– -не в силах уже даже пытаться что-то понять самому, спросил я у них.

Виктор медленно повернулся ко мне, долго разглядывал меня в сильном удивлении.

– - Жизнь,-- сказал он, как о чем-то разумеющемся.

И тут я понял. Не состояние моих друзей -- почему один плакал, а другого удивил мой вопрос; не свое -- отчего сегодня я вдруг стал решительным; не опасался я и за свой рассудок -- ночью в машинном зале было четверо сумасшедших: я, мои друзья и... машина. Просто я понял, что мне нужно было сейчас сделать. Нужно включить микрофоны и синтезатор машины и вызвать ее в режим диалога.

– - Ты машина,-- сказал я в микрофон.

– - Машина,-- отозвался безликий голос из динамиков.

– - Мы -- люди.

– - Да.-- Все та же безликость, равнодушие.

– - Вопрос: ты мыслишь? Пауза.

– - Я мыслю.-- Это был не ответ и не вопрос. По интонации машинного голоса, если сравнивать его с человеческим, в этой маленькой фразе слышалось затруднение.

Да, я вызвал машину на диалог потому, что уже убедился в ее способности к молниеносному прогрессированию. Она нашла способ уберечь себя от перегрузки, видимо, обучившись сдерживать нагнетание чувств до какого-то предела. Кто знает, может быть, она выработала в себе инстинкт по сдерживанию эмоций? Если это так, то машина в какие-то мизерные единички времени повторила эволюцию природы, ее эксперименты по отбору тех живых организмов, которые считаются высшими, к которым причисляет себя человек. А как мало затратила природа, чтобы дать высшему организму сознание...

– - Я мыслю?--повторила машина, уже вопрошая.-- Я разумна...-- Снова затруднение. И неуверенное, тихое:-- Да.--И вдруг будто грохнул торжественный салют: -- Да! Да! Да-а!!!