— Вам знакомы эти каталоги? — Вяземский смотрел с нечитаемым прищуром. — Смелее, — и подтолкнул ко мне.

Я отбросила прочие мысли и принялась изучать подшивку из глянцевых снимков ветхих манускриптов и переводы к ним. Странно, что такой важный человек занимался этим вопросом лично. Вероятно, Кривцова уволить хочет.

— Любопытно… — проговорила и подняла глаза на Вяземского. Он был задумчив, а на губах играла снисходительная улыбка.

Никита Андреевич похоже не верил, что в моей голове есть хоть капля мозгов. Интересно, почему? Предвзятое отношение к женщинам вообще, а к красивым блондинкам в частности или вспомнил меня? Первое — задевало профессиональную гордость. Второе — так себе известность. Если на последнее повлиять не могла, то продемонстрировать навыки в моих силах! Тем более я сразу увидела ошибки, которые возмутили знающего конечного потребителя.

— Смотрите, — взяла ручку и начала черкать и помечать страницы, — это банальная халатность: исходники и перевод не бьются.

Я наглядно показала, что и как должно было располагаться. Я не знала, сколько копий было отпечатано, но, естественно, их необходимо отозвать. Да, я хотела на прощание произвести впечатление. Артур Борисович меня не оставит, да и новому начальству я ни к чему. Но хоть уйду не тупой блондинкой-овечкой. А Кривцов пусть сам себя отстаивает. У него есть в запасе один прием, который удавался на славу: подлизывать высшему руководству. Думаю, Вяземский скоро почувствует это на себе. Если, конечно, любит жополизов.

— Вы действительно понимаете, что здесь написано? — Никита Вяземский с интересом рассматривал красивые, но чуждые нашему глазу иллирийские записи.

Я кивнула и зачитала, тут же нашла перевод в правильном месте каталога.

— Я действительно переводила эти тексты, —

метнула быстрый взгляд в Артура Борисовича. Он, наверное, успел пожалеть, что доверился такой коварной мне: весь покраснел, галстук дергает, браслет часов крутит. — Но подготовкой макета и печатью занимается другой отдел. Я в первый раз вижу эти каталоги. Думаю, Артур Борисович тоже.

Он, конечно, гад, но лучше знакомый гад, чем незнакомый дьявол. Что Вяземский дьявол не сомневалась. В них слишком всего много. Их самих много. Они делают, что пожелают, не спрашивая и не ожидая одобрения, просто берут.

— Вы меня удивили, Арина, — сейчас в его голосе не было иронии или сарказма. Сух и серьезен. — Вы работаете в отделе переводов?

— Левицкая в моем от… — начал Артур Борисович, но Вяземский послал ему резкий взгляд, который заставил умолкнуть на полуслове.

— Да, верно. Штатный переводчик. Но, — бросила короткий взгляд на Кривцова, — я увольняюсь.

— Недальновидно, — щелкнул языком Вяземский, обращаясь к моему побледневшему начальнику. — Можете быть свободны… Пока.

Звучало как отсрочка смертного приговора.

— Арина, — из его уст мое имя звучало как-то по-особенному, — вас увольняет Кривцов?

— Нет, — рассказывать все причины не собиралась, — я сама.

Я помнила, что мне самой уйти нельзя, но мое заявление еще до договора с Сергеем лежало на столе начальника. Брата это совсем не смутило. Он знал больше, чем я. Возможно, его человек — это Артур Борисович? Стрессовое знакомство устроил мне именно он. Интересно, сам Никита Вяземский знал, что против него плетут интриги? Что есть враги в ближнем кругу? Могла бы я его предупредить? Нет. Это точно. Вмешиваться не буду. Я для себя решила, что, если не уволят, нужно не отсвечивать, и через полгода Сергей отдаст мне документы на дом. Я в игры взрослых дядь играть не умею.

— Почему?

Я пожала плечами и сказала одну из правд.

— Не устраивает заработная плата.

Губы Вяземского на секунду дрогнули в хищной улыбке.

— Какая же она у вас?

Я нервно переступила с ноги на ногу. Как двусмысленно звучит. За ночь… За месяц…

— Арина, вы же не хотите, чтобы я тратил время на бухгалтерские ведомости? Оно у меня очень дорогое.

— Шестьдесят тысяч, — ответила ровно.

— Не густо, — повернулся к двум мужчинам, которые все это время находились в переговорной, но не участвовали в беседе. — Артем, мне кажется, мы нашли тебе личного помощника.

— Это прекрасная новость, — с улыбкой отозвался один из мужчин. Молодой и симпатичный, с приятным голосом и густыми каштановыми волосами.

— Двести тысяч… Подходящая цифра, — и на меня бросил полный неясной тяжести взгляд. — С такими-то навыками…

Я не отвела глаз, не отпустила их стыдливо. Что это? Совпадение или вспомнил? Господи, да у него любовниц вагон и тележка! А мы переспали три года назад! Но обстоятельства запоминающиеся. Хотя… Для меня да. А скольких женщин купил за это время Вяземский? Десятки? Сотни?

— Артем, введи Арину Левицкую в курс дела. — Никита Андреевич поднялся, показывая, что разговор окончен. — До встречи, Арина.

Я кивнула и попыталась дружелюбно улыбнуться. Это не я. Я не Изольда! Ни за что не признаюсь!

Никита

— Отхватил Баренцев помощницу! — заметил Муранский, наш штатный решала с МинПромТоргом и прочими государственными структурами. Он вхож в АП, это очень много и очень ценно.