— Поэтому я подстраховался — кивнул Ланс, щёлкнув пальцами. В камеру вошли трое. — Сейчас они немного покопаются у тебя в голове. Хочу знать ваши планы на случай твоего пленения. А заодно ударишь своего любимого мужа в спину ножом, после радостного прибытия домой.

С момента мятежа прошло более 4 дней. Ланс постепенно успокаивался, понимая, что чёткий и мощный удар со стороны Морозова — это всего лишь байки. Да, возможно, силы и такие имелись когда-то, но всё было потрачено на войну со степняками. И момент он выбрал вполне себе достойный. Плюс у него в застенках сидела его супруга. Войска на границе всё сильнее укреплялись, а со стороны метрополии не пришло ни одного солдата. Единственное, что смущало бывшего герцога, так это то, как исчезли остальные гвардейцы, что охраняли императрицу. После атаки на посадочную площадку корабли поднялись в воздух и исчезли.

Ланс Первый решил показать свою силу, закатив королевский бал со всеми нужными атрибутами роскоши и дороговизны. Пригласили всю новую знать, оперативно присягнувшую ему на верность. Буквально каждого из них проверяли менталисты, что в некоторой степени успокаивало Ланса от контрреволюционных мятежей в ближайшие дни.

Бал был в самом разгаре, вино лилось рекой. Будто и не было того меча, что завис над всеми ними. Каждый из присутствующих уже со вкусом распоряжался своими землями, разумеется, пока только у себя в голове, который выдал новый король.

Звон бокалов и смех звучали всё громче. Одна из светских львиц организовала конкурс на владение музыкальными инструментами. Ланс, сидя в своём новом троне, с интересом наблюдал и слушал. В основном это были посредственности, серьёзно помноженные на алкогольную интоксикацию. Поэтому ничего путного в ближайшие сорок минут он не услышал, кроме заливистого смеха всех слушавших мелодию очередного барда.

— Ну же, есть ещё желающие? — громко спросила местная тамада.

— Позвольте мне — толпа немного расступилась, пропуская молодого человека, который нес свой инструмент в руках.

— Мы только будем рады. — захлопала мадам в ладоши.

— Прошу вас, маэстро. — усмехнулась она. К удивлению окружающих и самого Ланса, парень владел инструментом просто мастерски, закончив играть композицию, под бурные аплодисменты.

— Кажется, у нас есть победитель. — восторженно крикнула мадам.— Может быть, нам споёте?

— Почему бы и нет? — пожал плечами парень, немного поднастроив свой инструмент.

За дверь я выгнан в ночь, но выйти вон и сам не прочь,

Ты без меня хоть застрелись, все решат, что это твой каприз, повтори его на бис.

Да, я уйду, и мне плевать, ты знаешь, где меня искать,

В квартале красных фонарей я смогу тебя забыть быстрей — это дело двух ночей.

Но хватит врать и всё время хитрить,

Здесь всё за деньги несложно купить.

Какая грязь, какая власть и как приятно в эту грязь упасть,

Послать к чертям манеры и контроль, сорвать все маски и быть просто собой.

Вокруг — живой товар, в сердцах — мороз, в глазах — пожар.

Я выбрал ту, что выше всех, мой маневр имел большой успех в доме сладостных утех.

Она молчит, она не пьёт, не теребит, не пристаёт,

Она послушна и умна, всё умеет, что уметь должна, счёт оплачен мной сполна.

Но хватит врать и всё время хитрить,

Здесь всё за деньги несложно купить.

Какая грязь, какая власть и как приятно в эту грязь упасть,

Послать к чертям манеры и контроль, сорвать все маски и быть просто собой.

И не стоять за ценой…

Но хватит врать и всё время хитрить,

Здесь всё за деньги несложно купить.

Какая грязь, какая власть и как приятно в эту грязь упасть,

Послать к чертям манеры и контроль, сорвать все маски и быть просто собой.

Какая грязь, какая власть и как приятно в эту грязь упасть,

Послать к чертям манеры и контроль, сорвать все маски и быть просто собой.

И не стоять за ценой…

(Ария «Грязь»)

На последних аккордах амулет на шее молодого парня моргнул, его лицо изменилось. Все без исключения узнали, что перед ними молодой монарх. Влад с интересом осматривал окружающую его публику. Постепенно вокруг него образовался большой пустой круг, в котором находился сам Морозов, три девушки и две мужчин. Все скинули с себя маскировку.