— Я видела шляпочников и раньше, — разговаривала она сама с собой. — Мартовский Заяц должен быть гораздо интереснее и возможно, так как сейчас май, он не будет сумасшедшим — по крайней мере, таким сумасшедшим, как в марте.

Произнеся это, она тотчас же взглянула вверх. На ветке дерева опять сидел Кот.

— Ты сказала «спросонок» или «поросенок»? — спросил Кот.

— Я сказала — поросенок, — ответила Алиса. — И я хотела бы, чтобы вы не появлялись и не исчезали так внезапно: от этого у кого угодно может закружиться голова.

— Хорошо, — сказал Кот. Теперь он исчезал очень медленно, начиная с копчика хвоста и кончая улыбкой, которая оставалась еще некоторое время после того, как все остальное скрылось.

«Ну, мне часто приходилось видеть кота без улыбки, — подумала Алиса, — но — улыбка без кота! Это самое удивительное, что я когда-нибудь видела в жизни».

Она отошла не очень далеко, как уже показался дом Мартовского Зайца. Алиса решила, что это, наверно, должен быть он, потому что трубы напоминали заячьи уши, а крыша была крыта мехом.

Дом был такой большой, что она не осмелилась подойти к нему ближе до тех пор, пока не надгрызла еще немного кусок мухомора в левой руке и не увеличила свой рост до двух футов. Даже после этого она направилась к дому с явной робостью, говоря себе:

— Предположим, что Мартовский Заяц все-таки сумасшедший! Я уже почти хочу вместо него посмотреть Шляпочника!

Глава VI

БЕЗУМНОЕ ЧАЕПИТИЕ

од деревом, против дома, стоял стол, за которым пили чай Мартовский Заяц и Шляпочник, а между ними сидела Орешниковая Соня. Она крепко спала. Мартовский Заяц и Шляпочник пользовались ею как диванной подушкой, поставив на нее локти, и разговаривали через ее голову.

«Как неудобно для Сони, — подумала Алиса. — Хорошо, что она спит и, вероятно, этого не чувствует».

Стол был очень велик, но все трое стеснились в одном углу его.

— Нет места! Нет места! — закричали они, увидев подходившую Алису.

— Здесь достаточно места! — с негодованием сказала Алиса и села в большое кресло в конце стола.

— Не угодно ли вина? — предложил Мартовский Заяц ободряющим тоном.

Алиса взглянула на стол, но там не было ничего, кроме чая.

— Я совсем не вижу вина, — заметила она.

— Здесь и нет никакого вина, — сказал Мартовский Заяц.

— В таком случае, не очень вежливо с вашей стороны предлагать его! — возразила Алиса сердито.

— Точно так же с твоей стороны не очень-то вежливо садиться без приглашения, — заявил Мартовский Заяц.

— Я не знала, что этот стол только для вас, — сказала Алиса: — он накрыт больше чем на троих.

— Тебе нужно подстричься, — произнес Шляпочник. Он в течение некоторого времени разглядывал Алису с большим любопытством, и это были первые его слова.

— Вы не должны касаться личностей, — строго ответила Алиса, — это неприлично!

Шляпочник широко открыл глаза, услышав ее замечание, но сказал лишь:

— Какое сходство между вороном и письменным столом?

«Ну теперь начинаются шутки! — подумала Алиса. — Я рада, что они стали загадывать загадки».

— Я уверена, что смогу разгадать это, — добавила она громко.

— Ты думаешь, что можешь ответить? — спросил Мартовский Заяц.

— Совершенно правильно, — произнесла Алиса.

— Тогда говори то, что ты думаешь, — предложил Мартовский Заяц.

— Я это и делаю, — поспешно ответила Алиса. — По крайней мере… по крайней мере, я думаю, что говорю,— это знаете ли, одно и то же.

— Совсем не одно и то же, — возразил Шляпочник. — Ну, с таким же основанием ты можешь сказать, что «Я вижу, что ем» — то же самое, что «Я ем, что вижу!»

— С таким же основанием можно сказать, — добавил Мартовский Заяц: — «Я люблю, что имею» — то же самое, что «Я имею, что люблю».

— Может быть, ты скажешь еще, — добавила Соня, которая, очевидно, разговаривала во сне, — что «Я дышу, когда сплю» — то же самое, что «Я сплю, когда дышу»?

— Это и есть одно и то же для тебя! — сказал Шляпочник.