Когда «Волга» остановилась, капитан Скворцов поспешил открыть дверцу машины.

— Все уже собрались, товарищ полковник.

К вышедшему из машины Ярцеву подошли и поздоровались: полный и задумчивый следователь прокуратуры Станислав Геннадьевич Логинов, дослужившийся в свои сорок пять лишь до звания майора юстиции; подвижный, низенького роста судебно-медицинский — эксперт в белом халате (не знакомый Ярцеву) и старый приятель эксперт-криминалист Никита Борисович Макаров в цивильном костюме и плаще: он чаще всего предпочитал оставлять свой форменный костюм подполковника в шкафу служебного кабинета.

— Все в сборе, так что можно начинать, — вымолвил следователь.

На выложенной тротуарной плиткой дорожке ничком лежал человек в сером плаще: одна его рука была подогнута, другая, с побелевшей ладонью, — откинута в сторону, возле головы с повернутым в сторону лицом валялась темная фетровая шляпа.

— Мертв? — спросил Ярцев судебно-медицинского эксперта, хотя вопрос этот был излишним.

— Смерть наступила сразу, — ответил тот. — Медицина уже бессильна.

Как бы в подтверждение этих слов светлый круг электрического фонарика, включенного следователем, пополз по трупу и ярко сверкнул на торчащем ноже под левой лопаткой. Второй фонарик (эксперта-криминалиста) вырвал из темноты профиль убитого, раскрытый глаз и щеку, поцарапанную, видимо, при падении.

Эксперт-криминалист защелкал фотоаппаратом со вспышкой. Затем снял отпечатки пальцев пострадавшего на дактилоскопическую пленку и проверил карманы плаща и костюма. При убитом был бумажник с небольшой суммой денег и мобильный телефон, которые Макаров передал следователю.

Логинов посмотрел на капитана Скворцова и со вздохом сказал:

— Валентин Александрович, сходите со скорбным сообщением в семью Николая Степановича и утешьте, как сможете. Хотя какое, к черту, здесь может быть утешение. Скажите, что бумажник с деньгами и мобильный телефон погибшего временно будут в уголовном деле у следователя. То есть у меня. Передай наши соболезнования. Ты знаешь где живут Алферовы?

Капитан молча кивнул и, почему-то сняв форменную фуражку и скомкав ее в руке, ссутулившись, направился внутрь жилмассива.

— Каково семье услышать о такой беде, — тяжело вздохнула в толпе женщина.

— Ну и времечко, — покачал головой старик, — распоясались бандюги.

Ярцев обратился к следователю:

— Станислав Геннадьевич, как меня уведомили, убитого нашел охранник мебельного магазина?

— Да, вот он, — указал Логинов на паренька в камуфляжной форме, переминающегося в сторонке.

Паренек услышал и выступил вперед. Он был еще молод и заметно взволнован.

— Олегом меня зовут. Я вышел из магазина перекурить и завернул за угол. Хозяин не одобряет перекуры у входа в магазин. Ну, так вот, за углом я и заметил на дорожке какого-то человека. Сперва принял его за пьяного.

— Без признаков жизни?

— Видимо, да. Тело его, однако, еще было теплым.

— В котором часу?

— В четыре сорок пять. Я немедленно позвонил в полицию.

— Перед тем как обнаружить убитого, ты не слышал каких-либо криков, шума борьбы?

— Нет, не слышал.

— Может быть, видел убегающих людей?

— Нет, не видел. Только хочу добавить, что этого мужчину, — охранник кивнул на убитого, — я видел в нашем магазине минут за пятнадцать до происшествия.

— С кем он был?

— Один.

— Что-нибудь особенное заметил в его поведении? Может, он нервничал, озирался по сторонам? Кто-нибудь к нему подходил?

— Он вел себя совершенно спокойно, как человек, который интересуется только мебелью. Пробыл в магазине минут десять или чуть больше и ушел неторопливо. В магазине никто к нему не подходил.

— А в руках у него что-нибудь было?

— Нет, ничего. Он ходил по салону с заложенными за спину руками.

— Благодарю за информацию. Если понадобишься, то мы еще побеспокоим.

— До свидания.

— Всего хорошего!

Эксперт-криминалист осторожно вынул из тела нож и положил в специальный пакет.

— Заточка, — негромко произнес он. — Ими, как правило, пользуются криминальные элементы, посидевшие на зонах. Отпечатки пальцев с рукоятки могут нам кое-что подсказать, если, конечно, они предусмотрительно не стерты убийцей.

— А вот и «визитка» от киллера, совершенно безграмотная, — уведомил следователь, разглядывая неровный кусочек картона, поднятый им из шляпы убитого. — И почерк просто ужасный, как у первоклассника. Написано простым карандашом. Слушайте, что тут написано. И он прочел вслух: — «Читали «Десять нигритят»? И вас как раз наберается десять. Толька вас, сук, я буду кончать па-другому. Больше всех павезло палковнику Ярцеву, хатя отправить его в мир иной следавало первым. Но, так карта легла. Твой десятый номер, палковник. Нет, теперь девятый. Ленька Понтелеев». Ну, и грамотей!