Старый интриган наконец-то заметил мое табло. Его улыбка слегка поблекла.

— Ваше Величество, все ли в порядке? Вы выглядите… утомленным.

— Это вы мне скажите, ваша светлость, — голос мой был тихим и ядовитым, как у бешеной гадюки. — Все ли у нас в порядке?

— Конечно! Все как мы и договорились! — с жаром ответил герцог. И тут же совершил роковую ошибку. Он подмигнул. Мне. Перед всем моим ближним кругом.

В этот момент, кажется, даже оркестр в зале сфальшивил. Все взгляды за нашим столом мгновенно скрестились на мне. Даже Крест перестал ржать и уставился с живейшим любопытством.

— Эм… — я конкретно завис, пытаясь сопоставить факты. Мой мозг, привыкший к тактическим схемам и планам боя, отказывался обрабатывать этот уровень абсурда. — Напомни-ка мне, Джаспер, друг мой ситный, в какой именно момент нашего разговора я сказал, чтобы ты собрал здесь всех этих прекрасных дам?

— Но… вы же сами сказали, мой Император! — герцог был в полном недоумении. В его глазах читалась искренняя растерянность. — Когда мы обсуждали будущее старых родов… Вы обещали… заказы, медали и… и кое-что «чуть больше»!

Он произнес последние слова с таким придыханием и многозначительностью, что у меня задергался глаз. «Чуть больше». Твою мать…

Услышав сакраментальную фразу, Мери, которая как раз сделала большой глоток вина, поперхнулась. Она закашлялась, согнувшись пополам, и ее плечи затряслись.

— Я… щас… сдохну… — прохрипела девушка, стуча себя по груди. — От смеха… Это ж надо… так подставиться, Влад! Теряешь хватку в мирной жизни!

Я метнул в нее злобный взгляд, но волну уже было не остановить. Ухмылка Ферзя расползлась в откровенную улыбку. Крест, поняв всю глубину моей глубины, снова начал издавать звуки, похожие на предсмертный хрип больного туберкулезом моржа. Они ржали надо мной, открыто и непринужденно.

И тут я почувствовал, как сзади в меня упирается что-то мягкое и упругое. Фейри прижалась ко мне, обняв за плечи, и ее роскошная грудь оказалась на уровне моего затылка. Одна ее рука легла мне на голову и начала аккуратно, почти невесомо, гладить по волосам.

— Тихо, мой хороший, тихо, — прошептала мне на ухо, и ее горячее дыхание обожгло кожу. — Не надо его убивать. Это будет слишком просто и неинтересно.

Ее голос и прикосновение были успокаивающими. Злость, клокотавшая внутри, не исчезла. Нет, она просто сменила агрегатное состояние. Из кипящего, бурлящего пара она превратилась в жидкий азот. Холодный, расчетливый и абсолютно безжалостный. Я почувствовал, как мышцы лица расслабляются, а на губах сама собой появляется улыбка. Не добрая и не веселая, скорее кровожадная. Улыбка маньяка, который только что придумал особо изощренный способ препарировать свою жертву.

Крест и Ферзь заметили эту перемену мгновенно. Их смех оборвался, оба посмотрели на меня, и на лицах появилось то самое выражение крайней настороженности, которое бывает у саперов, только что услышавших тихий щелчок под ногой. Они знали эту улыбку. И знали, что сейчас будет весело. Но, скорее всего, только мне.

— Да, ваша светлость! — я развернулся к Суррею, и мое лицо излучало самое искреннее радушие. Герцог, видя такую перемену, тут же снова просиял. — Все, как мы и договаривались! Я в восторге! Столько милых и молодых дам! Такой цветник! Я просто не могу… не могу допустить, чтобы такое сокровище пропало даром! Но, к сожалению, не могу объять всех разом! Уверен, все они, эти прекрасные девы, с большим, просто огромным удовольствием познакомятся с двумя новоявленными графами, что носят мою фамилию!

Суррей чуть не подпрыгнул от восторга.

— Вы не поверите, как я рад это слышать, Ваше Императорское Величество! — он снова согнулся в поклоне.

— Опа! В нашем полку прибыло! — радостно гаркнул Крест, который, видимо, еще не до конца осознал масштаб надвигающейся катастрофы.

— Это мы с тобой, дебил! — прошипел ему на ухо мгновенно протрезвевший Ферзь.

— Ой, умора! — раздался придушенный голос Мери откуда-то из-под стола. — Я не могу больше, я сейчас реально надорвусь!

Но я еще не закончил. Мой мстительный взгляд нашел застывшего в шоке генерал-бригадира Десмуа.

— А заодно, — продолжил своим самым сладким голосом, — и с шефом имперской канцелярии! Он у нас мужчина видный! В самом, так сказать, расцвете сил! Опытный, влиятельный, с большим будущим. Уверен, такой столп империи легко справится с вниманием… ну, скажем, пары новых пассий? Ведь так, дорогой наш князь? — громко сделал упор на только что полученный титул Десмуа, отчего молодые дамы в ближайшей округе сделали стойку.

Десмуа побледнел еще сильнее, чем Ферзь. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, возможно, возразить, но не нашел слов. Он лишь судорожно сглотнул, понимая, что он тоже попал в капкан.

— А вот и контрольный! — захрюкала Мери где-то в районе моих коленей. — Остался только один без счастливого билета в новую жизнь без забот и хлопот.

Я оглянулся, ища глазами Ворона. Но было поздно, этот хитрый засранец, мастер плаща и кинжала, буквально испарился. Растворился в воздухе, как только понял, куда дует ветер. Оставил своего шефа одного на растерзание. Профессионал, млять.