– Давай не будем об этом говорить?

– Конечно, прости. Так... Давай я тебя домой подвезу? Мне не сложно, нам всё равно по пути. Заодно и поговорим.

– Я переехала.

Вера сама предложила, когда я в очередной раз пожаловалась на родителей. Раньше я жила с подругами, но родители забрали меня обратно домой. Отказались отпускать без присмотра, окружили меня заботой. Душили своим беспокойством.

И папа...

Мой любимый смелый папа боялся сводить с меня взгляд, словно я исчезну в ту же секунду. Он тоже запомнил угрозу Хаза, хотя не знал всей истории.

А сестра как раз разошлась со своим парнем, в очередной раз. Сказала, что ей нужна свобода и возможность подумать. Поэтому пригласила меня к себе, спасая от родителей. Пока это на пару дней, а дальше посмотрим, как всё пойдёт.

За это, наверное, можно было поблагодарить Хазовых.

Я мало общалась с сестрами. Они старше, со мной неинтересно. Но эта ночь всё поменяла. Мы с Верой стали близки, как никогда до этого. И я почувствовала, что у меня на самом деле есть сестра, с которой можно поделиться всем.

Она ни словом, ни взглядом не осудила меня.

Не спрашивала про Нила, не давала советов.

Просто была рядом и поддерживала.

– Мы с ребятами хотим на лыжи поехать, хочешь с нами? – я качнула головой, а Лёша вздохнул, сильнее сжимая руль пальцами. – Может кофе тогда где-то выпьем? – снова безмолвный отказ. – Понял.

Разговор откровенно не клеился.

Мне, наверное, должно быть совестно. Лёша хороший парень, он популярен в университете, он старался всё наладить. С какой стороны не посмотри, он идеален.

Но он – не Нил.

И это его главный недостаток.

Я сжимаю пальцами ремень безопасности, злюсь на себя! Надо выжечь этого Хаза из памяти и всё. Он-то уже давно обо мне забыл, я уверена. Сразу, как с братьями уехал. А я сижу, страдаю по нему.

И был бы хороший мужчина, так нет же!

Грубый.

Беспринципный.

Ни капельки о манерах не знает.

Это всё от стресса, я уверена. После всех переживаний в голове что-то щелкнуло. Это Стокгольмский синдром, он самый. Или просто моя детская наивность? Первый мужчина всегда важным остается.

А на самом деле Нил ничего для меня не значит.

– Приехали, вот... Так может...

Я не даю Лёше договорить. Наклоняюсь к нему, вжимаюсь простым поцелуем. Хочу убедиться, что я сама себя накрутила. Всё как раньше.

И поцелуи мне с моим парнем понравятся.

И вообще, Хаз не единственный, от чьего дыхания у меня коленки дрожат.

Лёша реагирует быстро, не теряя возможности. Обхватывает моё лицо, давит поцелуем. Его пальцы перебирают мои волосы, стягивая шапку. Нежно и медленно.

А я понимаю, что ничего не чувствую.

Ни-че-го.

Пустота внутри, оглушающая. Сердце не останавливается, дыхание не прерывает.

Одно желание – прекратить всё быстрее.

– Прости, - пробормотала, отстранившись. – Я зря это сделала.

– Почему зря?

– Потому что ничего не получится. Прости, Лёш.

Я выскочила из машины, бегом отправилась к подъезду. С третьего раза получилось прислонить магнитный ключ. Не дождавшись лифта, я по ступенькам взбежала на нужный этаж.

Зря разволновалась. Конечно, парень не станет меня преследовать, не за чем. Вытираю ладошкой губы, стараясь избавиться от чужих касаний.

Хотела проверить? Вот, ярчайшее доказательство того, что меня замкнуло на одном конкретном мужчине.

Я бросаю вещи в прихожей, не включая света двигаюсь на кухню. Вера сегодня в ночную смену, но я всё равно хочу приготовить ужин вместо обычных бутербродов. Сестра хоть поест утром нормально, а я такой мелочью отплачу за то, что живу с ней.

Достаю продукты из холодильника, мою руки, пока закипает чайник. У соседей снова громко играет музыка, а я подпеваю песне популярной певицы.

Яна Метельская – новая звезда, о которой миллион сплетен ходило. То её муж погиб, то оказался жив, то она замутила с двумя парнями. Вот у кого жизнь интересная и никаких проблем!

Не то что моя, с призраком преступника за спиной.

– Дверь лучше закрывать нужно. Ничему тебя жизнь не учит?

Хриплый голос за спиной окутывает. У меня каждая клеточка вибрирует. Я стою на месте, сжимая нож в руке. Мотаю головой, прогоняя наваждение. Это мой мозг играется.

Хаза здесь нет.