Не став сходить с места, он банально выпустил вперед продолговатый голубой снаряд. Не боевое заклинание, а просто оформленный сгусток энергии, почти не способный причинить вред. Комета быстро пролетела по тоннелю, вылетев наружу. Под дождем она начала дрожать, а преодолев чуть меньше десяти метров, распалась. Капли, подхватив высвободившуюся энергию, породили несколько разрядов.

Повторный эксперимент явил тот же результат. Встраивание конструкта, обеспечивающего чарам большую устойчивость под воздействием внешних факторов, добавили всего два метра в дальности полета. А выпущенный сгусток тьмы вовсе привлек к себе молнию. Как и последующие три.

«Итак, попробовав пролететь на другую сторону, я рискую собственным здоровьем, или жизнью. Приму Облик Тьмы, скорее всего стану целью разряда. Отправлю на другую сторону метку для наведения телепортации, она скорее всего сильно пострадает в процессе. Не говоря уже о том, что придется сильно постараться, выдумывая конструкт, который выдержит. Да и нет никого там, ради кого стоит постараться. Потрачу ману и усилия, ничего не получив взамен. А перспектива пробраться вниз целым… весьма призрачна. Главное, что стало понятно — под дождь нельзя ни в коем случае. Придется до самого конца сидеть под землей. Главное, чтобы ученицам хватило еды. Хотя, без Ларель, их запасы увеличились на треть».

Развернувшись, маг зашагал в противоположном направлении, внимательно смотря себе под ноги. Изучая схему ближайших тоннелей и тех, что пролегали глубже, он нашел того, кто побеспокоил его чувства, заметно обострившиеся в последнее время. Одинокий наблюдатель пробирался по ходам, ступая осторожно, тщательно выверяя каждый шаг. Он не решался смотреть вверх и вообще вел себя так, словно боялся привлечь чужое внимание.

«Интересно… Наша часть, отколовшаяся от горы, осталась сухой из-за наклона. Может ли это означать, что сейчас где-то там еще есть живые нар’глод? Хм… Почему нет? Наверняка там есть ходы, должные соединяться с остальной колонией, залегающие ниже уровня раскола. Да и вообще, гора огромна, наверняка в ее недрах выжило немало гротесков, успев как-то отгородиться от воды. Возможно, я слишком рано списал основную массу тварей, и мне еще удастся перекусить их душами и наполнить сумку перед тем, как соваться к сердцу колонии. Если вообще смогу найти его в обозримо приемлемый срок».

Обернувшись облаком черного тумана, колдун валом полетел дальше. Остановившись у неприметной трещины в полу, он просочился сквозь нее, разом преодолев несколько уровней. И уже из нового места продолжил путь, походя сметя наблюдателя, оставив после себя лишь его иссохший труп, лишенный души. Его Искра послужила не столько топливом для заклинания, сколько небольшим перекусом, который немного отсрочил появления огня в груди.

Воплотившись и позволив Тьме растечься вокруг черным ковром, чернокнижник с интересом принялся рассматривать окружение. Все пройденные им тоннели, по всем внешним факторам, явно принадлежали низшим, если не отбракованным тварям. В них творился настоящий хаос, относительно размеров и устройства. Складывалось впечатление, что гротески рыли их под себя, не особо о чем-то задумываясь. Всюду валялись кости и гниющие останки животных, большей части тварей из болот. Дерьмо вовсе слоями покрывало пол, превратившись в подобие дороги.

Пещера, в которой Тирисфаль решил остановиться, отличалось во всех смыслах. Пол ее был ровный и носил еще свежие следы обработки. Правда не инструментов, а когтей, зубов и какой-то кислоты. На стенах сплошным покрытием росла плоть. Колоны из мяса, костей, пульсирующих жил и каких-то желез росли от пола до потолка, огораживая некое подобие прямой дороги до тоннеля. Он тоже впечатлял, будучи все двадцать метров в диаметре.

Призрачное Зрение позволяло видеть, куда он ведет. И от того магу хотелось улыбаться. Впереди ему виднелись далекие, мелькающие на грани, отблески душ. А весь путь был сух, без единой капли или следа воды.

«Не поверю, что нар’глод не готовы к моему явлению. Тот, кто ими руководит, не просто так отправил ту волну на убой. Пока они меня отвлекали, остальные уходили. Видимо, самые „нормальные“ особи. Может и надеялись, что буду плутать по их обосранным ходам, пока не надоест, но точно готовились к встрече. Надо исходить из этого, чтобы не оказаться застигнутым врасплох. Впрочем, не на того нарвались. Меня в ловушку не заманить. Только надеюсь, что их по ту сторону побольше. Нужны души. Хочется скорее восстановиться, чтобы начать свободно творить магию, а не сдерживаться на каждом шагу».

Шагая по тоннелю, Тирисфаль, подобно поводырю, вел за собой огромное, ненасытное, жадное чудовище. Прямо за ним, немного нахлестывая на плечи, стелилась Тьма, одним касанием уничтожающая плоть, обильно разросшуюся на стенах, полу и потолке. После себя она оставляла лишь голый камень, избавленный от любых энергий. В такой концентрации, она в том числе активно поглощала обычную ману, преобразуя ее.

Плоть, выращенная нар’глод, отличалась аномально большим количеством содержащейся в ней Жизни. Она явно для чего-то использовалась, в противном случае от нее не было никакого смысла. Вот только, без души или хотя бы чар, у нее совершенно не было защиты от внешних воздействий. От того колдуну хватило всего одного прикосновения, чтобы запустить процесс, который начал сам себя поддерживать и разрастаться.

Из следующего за ним облака чернокнижник мог легко черпать силу, а главное, она ничего ему не стоила. Не приходилось тратить души, собственную концентрацию на осуществление процессов преобразования или банальное удержание энергий. Ведь из его ауры, пестрящей дырами, они стремились утечь во вне, либо вымывались естественными потоками маны.

Ко всему прочему, концентрация Тьмы достигла столь большой величины, что в ней начали возникать низшие твари, выныривая напрямую из Плана Силы. Еще немного и к ним обещали присоединиться чудовища ступенькой повыше. И хотя все они имели насквозь духовную форму существования, в некотором смысле это было даже лучше, учитывая специфику добычи.