Я сосредоточился, позволяя энергии более высокого качества протекать по моим каналам. Метка на груди, почувствовав движение пси, отозвалась зудом, в котором с легкостью можно было прочитать жажду сражений.

В общем, блокировать удар не стал, потому что лучшая защита — это нападение. Шагнув навстречу надвигающейся атаки, одновременно разгонял движение энергии по всему телу, особенное внимание уделяя тугим мышцам.

Мое улучшенное физическое тело жадно впитывала в себя пси. Пусть эффективность этого была не максимальной, но даже со всеми издержками, скорость моих движений возрастала многократно.

Можно сказать, что теперь это была квинтэссенция нескольких умений, по отдельности освоенных ранее. Так что заскользив под натиском врага, я стал выглядеть как Аня, которая использует тени, и пропустил атаку противника рядом со мной.

Мой манёвр позволил оказаться за спиной псиарха, давая шанс на формирование сильной атаки, направленной ему прямо в бок. Так что терять такую возможность было бы глупо, и мне удалось материализовать на лету бритвенные лезвия из холодной энергии. Воздух, ощутив изменение температуры, мгновенно кристаллизовался, напитываясь пси, и обрушиваясь прямо в цель.

Вот только Вейла не была идиоткой, так что к такому она была готова лучше, чем реальная тварь. И, управляя чудищем, она дернула его фигуру, как если бы была кукловодом, от чего все тело, покрытое причудливой броней, неестественно изогнулось, перекатываясь по тренировочной площадке, избегая моего выпада и контратакуя ментальным ударом.

В моей голове словно взорвалась граната. Это ещё учитывая, что я был готов к этому.

Зрение пострадало самым первым. До этого объекты, имевшие четкие границы, поплыли. А следом за ними поплыла и земля, стремительно стараясь уйти из-под моих ног, превращаясь в какое-то зыбкое болото.

— Слабо, Алекс! — раздался повсюду властный и звонкий голос Вейлы. Но чтобы она не говорила, в нем все равно чувствовался азарт. — Псиархи это не низшие, не забывай!

Я напряженно стиснул зубы. Меня искренне бесило, что сколько не пытайся, казалось, что мое развитие как стояло на одном месте, так и продолжает стоять. А монстры только и делают, что вытирают моей тушкой полы. Вейла же… ей так легко даются слова о моей «слабости», когда она сама является сущностью явно не от мира сего.

Мой разум, тем временем, продолжил наполняться энергией, как и ноги, только в этом случае он превращался в подобие зеркальной сферы, с заключенной внутри него пустотой. Каждая мысль, каждая эмоция — застывали, чтобы стать одной из граней идеального кристалла, готовых для отражения следующей волны ментальной атаки.

Когда он её встретил, та просто взяла, и… отрикошетила.

То ли Вейла, то ли сам псиарх удивился результату собственной атаки, и на мгновение замер от неожиданности. Этого времени для меня было достаточно. Пожалуй, одно из немногих качеств, которыми я гордился по праву.

Умение использовать подвернувшиеся шансы.

Из рук, занесенных для удара, под давлением, рванули тугие струи пламени, окруженные нейтральной энергией. Сноп белого огня врезался прямо в центр груди монстра.

Тварь такой выпад оценила по достоинству, и что было сил, взвыла на низких частотах. А плоть, встретившая удар, тут же начала обугливаться и осыпаться пеплом.

Довольный тем, как мне удалось достать противника, я заносил руку, чтобы закончить все одним финальным ударом, и пробить чистым лезвием пси голову врага, когда…

Вейла внезапно щелкнула пальцами, и псиарх прямо перед глазами начал растворяться, превращаясь в облака пыли.

— Эй! — я едва удержался, чтобы не упасть из-за собственной инерции, вызванной предыдущим замахом. — Так нечестно! — со всей искренностью возмутился её действиями. — Ты же видела, ещё чуть-чуть, и быть ему битым!

— Твое: «Почти» — не считается. — наставница стояла прямо передо мной, с выпрямленной спиной и гордо вскинутой головой. Но на лице отражалась слишком серьезная маска. — У тебя там. — махнула она в сторону. — Гости в общем, в реальном мире, Алекс. Твой капитан что-то от тебя хочет.

Объекты внутри моего мира поочередно начали схлопываться, исчезая один за другим, пока полностью не пропали из зоны моей видимости. Я наконец смог ощутить свое реальное тело, медленно разлепляя глаза, несколько огорченный, что не вышло завершить тренировку до конца. Но долго об этом думать не мог, потому что в нос ударил запах табака.

Прямо рядом со мной стоял Никаноров.

Сейчас он выглядел каким-то слишком уж довольным. Как будто удалось стырить у южных камаз тушенки, и слопать все это в одно лицо, да ещё и награду какую-то получить за проведенную операцию.