Глава 1
Я ковыляла по светящемуся коридору, волоча за собой свой розовый чемодан, будь он неладен. Периодически останавливалась и трясла свой сотовый, но связи как не было, так и не было. Не удивительно, в том месте, куда меня занесло, вайфай, видимо, не провели.
Туфли эти неудобные на каблуках. Зачем я их сразу надела в самолёт – вот идиотка. Могла бы уже после переодеть. Но нет же – покрасоваться захотела. А в тридцать пять – это не в двадцать пять в забегах на шпильках участвовать.
Моя жизнь играла, била ключом и искрилась. Ну ещё годик, а потом прямо и начну остепеняться. А пока на шпильках и в длинном шифоновом платье лечу с корабля на бал. Ведь сегодня я после самолёта должна была сразу отправиться на свадьбу. Меня машина в аэропорту ждала. Не на свою, естественно.
Я работала в ЗАГСе и подрабатывала выездным регистратором. Причём успешно подрабатывала. Очередь ко мне забивалась на год вперёд.
Почему? Потому что пошёл слух, что когда я регистрирую брачующихся – они живут долго и счастливо. Про умирают в один день – ничего не могу сказать. Прецедентов не было.
И вот из-за ряда досадных случайностей я теперь иду на тот свет, хромая на правую ногу. По длиннющему тоннелю. Вспоминая всю нелепость ситуации произошедших со мной.
Самолёт стало трясти из-за турбулентности. Именно в этот момент сломался каблук, и я начала падать в проходе между кресел. И тут же получила по голове своим же чемоданом, вывалившемся и открывшегося багажного отсека. И всё — финита ля комедия.
Хлюпая носом, хромаю среди потока одухотворённых людей и задумываюсь, а что так рано-то меня угораздило? Я и дом не построила, и дерево не посадила, сына не родила, даже замуж не вышла. Но последние две темы для меня запечатанные, и ворошить старое не хотелось.
Но обидно было всё равно. Тут дверь сбоку открылась, и строгий человек поманил меня пальцем. Куда мне деваться? Зашла. А там стол и три фигуры светящиеся сидят. Пошушукались и говорят:
— Не знаем, куда тебя отправлять. И плохого не делала, и хорошего – так себе. На отработку пойдёшь. Розовым фламинго жизнь проживать.
У меня аж слёзы навернулись от такого. Говорю:
— А может, не надо? У меня на морепродукты аллергия. А они рачками питаются вроде.
— На другое, — говорят, — не заслужила. Стрекозой розовой пропорхала всю жизнь, вот и порхай дальше. Никакого толку от тебя не было в этой жизни, даже кустика не высадила.
А я так обиженно:
— Ну почему розовой стрекозой, я ещё другие тона в одежде использую, хотя грешна, люблю его. Давайте на жизнь цветка в горшке хотя бы договоримся, а не голыми ногами грязь месить в луже среди других клуш. А польза от меня была. Я влюблённым счастье приносила.
Хотя, если по-честному, ничего я не приносила. Попала я в ЗАГС случайно, сразу после психфака. Так как молодая красивая, предложили выездным регистратором поработать. А я и готова. Тем более денежку платили хорошую.
Естественно, приходилось заранее встречаться с влюблёнными, обсуждать, где что как. И вот там я чётко по мельчайшим деталям понимала, будут они жить счастливо или как. И если второе – отказывалась. Не могла я даже за деньги регистрировать, понимая, что не будет им жизни вместе.
Эти трое светящихся только головой покачали и засмеялись:
— Никакой пользы ты не приносила. Но нельзя умалять то, что ты не гналась за деньгами, была честной и доброй.
— Вот, — я обрадовалась, — а меня во фламинги босоногие определили. Я хорошая...
— Но легкомысленная. И не любила ты никого.
Я глотнула:
— Почему не любила. Любила нескольких, только они все умерли.
Фигуры сразу помрачнели:
— Что есть, то есть, и ты после этого закрыла своё сердце, и никого внутрь не пускала. Решила, что все, кого ты полюбишь, умирают.
Я опустила голову и поджала губы. Да, именно так я считала. Мама, умершая рано от гиперкриса. Бабушка – от сердечного приступа, и собака, попавшая под машину. Не надо никого любить – терять потом тяжело. А ещё мне выпала печальная участь стать соломенной вдовой. Оказываются и такие бывают.
Жених у меня был. Парень за мной ухаживал в институте. Байкер. И мы решили с ним заявление подать. Он сказал:
— Танюха, люблю тебя, чудную такую. Давай подадим заявление здесь, а потом к родителям поедем, после регистрации. Вместо лимузина у нас будет мой байк. Фату розовую тебе на шлем прицепим. Как тебе?
И я согласилась. Не знаю, любила его сильно или влюблённость была. Приехала на такси в джинсах, но с фатой. Потом три часа сидела на ступеньках под дождём, пока друг его не позвонил.