— Не ты ли мне обещал показать свое тело во всей красе? Берешь свои слова назад, обманщик? — весело спросила.

Со вселенской неохотой, он меня поставил на газон, поправил свои штаны и тяжело вздохнул.

А дальше делала свою слабенькую зарядочку тощего ученого, в то время, как Сахар показывал чудеса, недоступные человеку. На некоторых его упражнениях я просто замирала и смотрела во все глаза.

Например, на одной руке поднимал мой манобиль… а он весил около тонны. Еще успевал мне весело улыбаться на мой культурный шок.

Потом вообще залез под него и начал так делать отжимания… Я так поняла, что это самое тяжелое, что дракар смог найти в доме… надо бы купить ему что-то получше.

А ведь дракар изначально не был таким сильным. В самом начале ведь случайно меня чуть придушил и от этого даже следа не осталось. Точно помнила, как он упал на пол после того, как я толкнула его дверью. А его шлепок по попе. Конечно, там образовался довольно большой и страшный синяк, но ведь кости после этого остались на месте, а я не превратилась в мясной фарш.

Сейчас же, если мужчина меня просто неосторожно тыкнет, то все… вообще все. Совсем, совсем все.

У меня аж волосы на голове дыбом стали.

А Сахар в это время решил побегать вокруг меня. И делал это с такой скоростью, что даже поднялся небольшой вихрь, помогая моим волосам действительно подняться вверх, вслед за майкой. Как он это вообще делает с грубым протезом на одной ноге? Разве такое возможно? Протез после этого выживет?

Теперь пришло еще более сильное осознание, что Сахар не человек, а действительно иномирянин.

И в нашем мире тысячи таких как он. Остаются в худшем возможном положении, копошатся в канаве дне общества. Такие сильные, могущественные, непобедимые дракары подчиняются чьим-то приказам, лижут кому-то ботинки, теряя свою силу и достоинство… мне совершенно не нравилась эта мысль. Хотелось бы видеть их свободными, парящими высоко в небе… но желательно не в нашем небе, а где-то там, у себя. Потому, что если это будет наше небо, то после всего, что люди сделали, копошится в канаве будем уже мы. А если точнее, то конкретно я, родители, Зефир, Эклер и мой бывший куратор… а этого мне совершенно не хотелось.

Надо будет как-то обговорить этот вопрос с Сахаром. Мне абсолютно не нравилось осознавать, что после того как я его отпущу, он в моем мире может устроить тотальный Армагеддон. Мне нравилась моя спокойная и размеренная жизнь, без особых проблем и препятствий. Сейчас мой успех зависел лишь от моих собственных сил, стараний, усилий и ума. А если начнется апокалипсис… все будет гораздо сложнее. Правительство перестанет финансировать науку, все перейдет военным и на производство оружия. Это как минимум.

Я сидела на кухне за накрытым дракаром столом и смотрела на черный фартук на голом торсе парня. Сахар специально его надел, когда накладывал мне теплую еду.

Одежда у меня была лишь четырех цветов: белая, серебряная, бежевая (под цвет волос) и черная. Черной было довольно мало, но она была. Например, для таких вещей как фартук, для которых светлые цвета совершенно не подходили.

Его волосы все еще были немного мокрыми после душа… И я так понимала, что это был еще один стратегический ход, так как высушить было делом пяти секунд. Капельки воды красиво стекали по его стройному телу, убегая за края фартука, и штанов, заставляя за ними следить.

Он намеренно и очень качественно меня соблазнял. А я ему позволяла, так как понимала, что ему это нужно.

Так и узнала, что мне оказывается безумно нравятся мужские спины… а если точнее, конкретно спина Сахара. Настоящее визуальное наслаждение.

— Ну как? Вкусно? — дракар сел напротив за столом и подпер голову рукой, «смотря» на меня. Но его глаза все также были спрятаны за черной повязкой.

— А ты не будешь? — наивно спросила.

— Раз предлагаете, то кто я такой, чтобы отказывать прекрасной леди? — начал вставать, с ехидной улыбкой на лице.

— Я имела в виду нормальную еду, — схватила его за мускулистую руку, успешно посадив обратно. Ммм, трогать приятно. Выступающие вены выглядели… несколько устрашающе, но также и довольно возбуждающе.

— Я тоже говорил о нормальной еде, — соблазнительно улыбнулся и прикусил мое запястье, сразу же зализывая укус.

Я задышала тяжелее, и забрала руку. Об этом и говорила. Наше понятие «нормальной еды» и «любви» слишком разные.

Несколько приуныла, поэтому просто начала есть, не реагируя на его поддразнивания.