Несколько парней напряглись и поднялись со своих мест, чувствуя подвох. Атмосфера тут же изменилась — будто за секунду до драки. Тогда, когда все наготове и ждут первого резкого движения.

— Мужики, спокойно, это мои гости, — быстро ответил я, чтобы разрядить обстановку. — Я их лично пригласил. Они нормально себя повели, вопросы все решили.

На секунду повисла тишина. Все напряжённо переглядывались, пока один из бородатых не сделал шаг вперёд и не протянул руку Егору.

— Брат, извини, если что не так было. Уважение вам и вашему клубу. Мага неправильно поступил, мы его уже в чувство привели.

Егор крепко пожал протянутую ладонь.

— Понял, вопросов нет. Проехали.

После этого словно шлюзы открылись. Все начали вставать, подходить друг к другу и обмениваться рукопожатиями со своими недавними соперниками. Через пару минут весь этот напряжённый эпизод превратился в одно общее дружеское рукопожатие.

Бородачи начали рассаживаться. А я подумал, что если бы в девяностые подобные конфликты решались так же быстро и мирно, жизнь многих моих товарищей могла сложиться совсем иначе.

В остальном… Спортсмены — народ своеобразный. Если пашут в зале до последнего пота, то и отдыхают с размахом. За столами тут же стало шумно и весело. Рассказывали истории из тренировок, показывали свои нокауты на телефоне. Гремел смех, и то и дело звенели бокалы.

Мне казалось, что после такого нервного напряжения и боя с Магой я буду как выжатый лимон. Но ничего подобного, сейчас усталость будто отступила, уступив место эйфории.

Ко мне подходили парни, поздравляли, просили сфотографироваться, тут же отправляя снимки в соцсети. Я не отказывал никому.

И вдруг в зале послышался гул и громкие приветствия. Я повернулся и увидел, как в ресторан вошёл Шамиль. Над бровью у него красовался аккуратный ряд швов, глаз был заметно опухший. Но Шама улыбался так широко, будто выиграл титул чемпиона мира.

Его тут же начали поздравлять, а потом Шамиль медленно пробрался ко мне.

— С победой, брат! — улыбаясь, сказал он, протягивая руку. — Я из больницы сразу сюда. Не мог пропустить такое событие.

Я крепко пожал его руку и заметил, что свободных мест рядом уже нет. Тогда я быстро поднялся, взял ближайший свободный стул и поставил его рядом с собой.

— Садись, герой, — улыбнулся я. — Сегодня и твой день тоже.

Шама не стал скромничать и с довольным видом уселся рядом, тут же оказавшись в центре внимания. Парни стали расспрашивать его, как он себя чувствует, а он с азартом и гордостью начал рассказывать о своём бое.

Я, глядя на него, подумал, что вот ради таких моментов стоит всё это затевать. В моё время мы дрались совсем по-другому… не было таких праздников после боя. Вернее были, но не у всех. Тогда всё было проще и жёстче. Если победил — молодец, проиграл — никто тебя даже не вспомнит.

А сейчас — сидит Шама с рассечением на полголовы и сияет, как ребёнок, а вокруг него куча народу, которые ценят и поддерживают. И это, пожалуй, было правильнее всего того, что я видел раньше.

Наконец, оставшись наедине с самим собой, я посмотрел на блюда, которые буквально ломились на столах. Вот оно… наступил тот самый кайфовый момент после жесткой весогонки, когда можно, наконец-то, попробовать все, что душе угодно.

Передо мной стояли огромные тарелки шашлыка, жареная картошка, какие-то непонятные, но вкусно пахнущие салаты. Тут же грузинские хачапури, сочные стейки, да и чего только не было на этих столах.

Я ощутил, как желудок буквально скрутило от желания попробовать все и сразу. Но прекрасно помнил, как опасно это может закончиться после боя и жесткой диеты. За годы я хорошо усвоил урок, что перебрать с едой после весогонки — это примерно как с разбегу врезаться в бетонную стену.

Поэтому, хоть рука сама тянулась к аппетитным блюдам, я сдерживал себя. Накладывал в тарелку небольшими порциями, но… все подряд. Мясо с овощами, чуть-чуть хлеба, немного гарнира, чтобы не слишком нагружать желудок.

Игнат заметил, что я сдерживаюсь, усмехнулся.

— Ты что, не голодный после такого боя?

— Голодный как волк, — признался я. — Просто если сейчас все подряд сметать начну, то праздника уже не будет. Завтра с кровати не встану.

— Это точно, — рассмеялся Игнат. — Умный подход.

Вкус еды был невероятным после всех этих дней строгой диеты, грудок, риса и салатов без масла. Кажется, я впервые по-настоящему ощутил всю прелесть гастрономических возможностей 2025-го. В мое время даже в самых крутых ресторанах не подавали таких изысков.