— Что хотел от тебя маг? — спросил Арон.

— Он не сказал. — Демон развел руками. Их у него было две, пятипалые, и только ногти на пальцах — черные и острые — отличались от человеческих.

Вспышка любопытства погасла, и Арон начал прикидывать, как прикончить тварь. Его смущала пентаграмма — над светящимися в полумраке линиями воздух вибрировал, создавая почти невидимую стену, которая могла смазать удар.

— Почему ты убил чародея? — приблизившись к краю пентаграммы, демон заглянул Арону в лицо. Возможно, надеялся потянуть время.

— Он был некромантом, — все же ответил Арон.

Демон покачал головой.

— В мире много некромантов. Почему ты убил этого?

Разговаривать не имело смысла, тварь лишь пыталась нащупать его слабости, но Арон ощутил, что ему хочется ответить, хочется объяснить, почему наверху остывают тела дюжины мерзавцев, почему от Темного мага остался лишь пепел.

— Он уничтожил мою семью и друзей. Я отомстил.

— И теперь тебе незачем жить, — закончил за него демон.

Арон промолчал. Тварь была права — внутри он ощущал лишь пустоту. Впрочем, дело следовало довести до конца: демон, даже запертый в пентаграмме, слишком опасен, чтобы жить.

— Я могу вернуть твоих близких, — предложил демон.

Арон вздрогнул.

— Это невозможно. Воскрешать мертвецов не в вашей власти.

— Верно, — согласился тот, — но я могу сделать так, чтобы они не умерли.

Арон уставился на тварь, пытаясь понять, что подразумевается под этими словами и есть ли в них хоть что-то, кроме очевидной ловушки. Однако внутренний голос, никогда прежде не ошибавшийся, молчал.

— Что ты предлагаешь? — почти против воли спросил Арон. Если демон действительно мог исполнить обещание…

— Их жизнь в обмен на мою свободу и твое копье из селина.

Демоны лгали как дышали, но существовала клятва, которую даже они не смели нарушить: богиня Смерти, в чьем святилище они находились, сурово карала всех, впустую трепавших ее имя.

— Поклянись именем Серой Госпожи, — велел Арон. — Поклянись, что я окажусь с теми, кого люблю, и мы будем живы и здоровы душой и телом.

— Клянусь! — Демон склонил голову.

Арон не представлял, как выпустить пленника из пентаграммы. Впрочем, тварь могла знать сама.

— Какая помощь от меня требуется? — спросил он.

Демон вздохнул.

— Убив некроманта, ты унаследовал власть над его магией. Просто вели стенам моей темницы исчезнуть.

Арон нахмурился — Светлые маги, давшие ему оружие, не упоминали о таком.

Он перевел взгляд на рисунок пентаграммы, представляя, как светящиеся линии исчезают. Пару мгновений ничего не происходило, затем магический рисунок погас.

— Вторая часть платы! — Демон шагнул к нему и требовательно протянул руку. Отдавать оружие было жаль, но Арон заставил себя разжать ладонь. Опасности он все еще не ощущал.

Демон улыбнулся и протянул руку, коснувшись лба Арона. Неприятно кольнули кожу длинные когти.

Потом…

Потом мир вокруг начал таять, и последнее, что Арон видел, были горящие жгучей зеленью глаза твари.

Арону снился подземный храм, один из тех, что служители Смерти посвящают своей Госпоже. На стенах горели магические лампады, в центре неправильным овалом возвышался каменный алтарь — место человеческих жертвоприношений. Недалеко от алтаря в пентаграмме сидело темнокожее существо с зелеными глазами и костяным гребнем от лба до затылка.

Демон повернул к Арону голову и улыбнулся, испортив совершенство точеных черт клыкастым оскалом.

— Клятва выполнена, человек.

Арон отшатнулся от него и проснулся.

Над головой колыхалась прозрачная ткань балдахина. Светало, в открытое окно виднелось небо, чуть окрашенное розовым. Славя утро, залилась радостной трелью одинокая птаха, чуть погодя к ней присоединились другие. Лежать, ничего не делая, ни о чем не думая, было приятно. Перина уютно проминалась, а рядом ощущалось тепло человеческого тела.

Арон повернул голову — рассмотреть, что за девицу подцепил этой ночью, и вспомнить, на какие деньги позволил себе самый дорогой, судя по ощущениям, номер в гостинице… когда встретил испуганный взгляд соседа по кровати. Именно соседа — рядом лежал полуголый юноша.

Возможно, в нормальной обстановке Арон обратил бы внимание на эльфийское происхождение юнца. Но сейчас его хватило только на одно слово:

— Вон!

Юноша вздрогнул, но тут же соскочил на пол, одним движением подхватил одежду и, как был, вылетел за дверь.