Шрифт:
«Verus oculus perspicit»
Да, все так, как и было в голове у этого горе сусанина, за исключением того что Аки сидела полуоборотом влево, а не прямо лицом к двери. Но это уже мелочи. Три раза быстро вдохнул-выдохнул, собрался с мыслями.
«Veritas abscondit, lux…»
Не договорив последнее слово, правой рукой поворачиваю ручку двери, и резко поднимаю правую ногу, упираю в дверь и толкаю изо всех сил, со всей дури в башке. Дверь мгновенно распахивается и с размаху припечатывает того, кто за ней стоит:звук глухого удара и маты.
– … таше! – выкрикиваю я, указав пальцем левой руки на бородатого мужика напротив меня. И его взгляд стекленеет. Еще раз со всего размаху приложил ногой дверь, и еще раз. Вот так, теперь этот тоже с копыт свалился.
Рывок вперед, подхватываю под скованные руки стоящую на коленях девушку, и ставлю на ноги.
– Валим! – выкрикиваю я, и толкаю ее в проход. – Ну же, не стой! Шевели ногами! Быстро!
Я вытолкал девушку обратно на парковку, мельком поймал ее удивленный взгляд, но у нас нет времени удивляться. Еще раз толкаю ее вперед, и подгоняю:
– Ну же, не тупи, рыжая! Они сейчас очухаются! Валим!
Мы пробежали шагов пять вперед, как девушка снова замедлилась, а затем и вовсе остановилась, глядя куда-то в пол отрешенным взглядом. У нее за спиной что-то зазвенело, щелкнуло, и наручники, сковывавшие запястья упали на пол. Встряхнув головой, она развернулась к так и оставшемуся стоять шоферу, приблизилась, и начала его трясти.
– Кавада! – позвала она, встряхнула еще два раза, дала пару пощечин. Никакой реакции, как впрочем и следовало ожидать.
– Аки! Аки блин! Брось его, побежли! Он с ними! С ними, понимаешь меня?
– С кем с ними?
– как-то спокойно и отрешенно переспросила девушка.
– Ну с этими вот! Похитители, бандюганы… ваши конкуренты или кто они там, мать их за ногу! Этот с ними заодно, это точно! Надо уходить, они сейчас очухаются!
Девушка как-то странно бросила на меня взгляд исподлобья, пару раз моргнула, закрыла лицо левой рукой, и произнесла как-то тихо, и словно даже… виновато?
– Успокойся, Яромир. Все под контролем…
– Успокоиться? Совсем дура? Там двое бандюганов со стволами! Еще немного, и они очухаются, а я как-то не хочу свинцом отравиться! – Я схватил ее за руку и потянул за собой но она уперлась ногами.
– Отпусти. Все хорошо. Опасности нет.
Она отвела от меня взгляд, словно я поймал ее на краже, или…
– Опасности нет, - повторила она. – Это все наши люди. Это… как это называется… проверка. Розыгрыш…
На секунду я залип, переваривая сказанное, и переосмысливая происходящее… твою мать! Ну конечно! Какая может быть угроза! Водитель, который вместо того, чтобы выручать попавшую в плен девушку – бежит за новичком, не проверенным в бою и с неизвестными ( а скорей всего нулевыми) навыками? Тупо. А если это ловушка – зачем такие сложности – звать куда-то… меня бы просто огрели по башке когда я пришел один на парковку. Или подстрелили бы, если бы считали опасным.
– Твою мать, Аки… И зачем?
Та виновато опустила голову, и твердо ответила:
– Так было нужно. Приказ госпожи.
* * * * *
Вот даже как! Так значит, это была идея Китсу! Круто, ничего не скажешь. Веселые у нее развлечения…
– Объясни, - попросил я. – Подробнее.
Девушка отвернулась, опустив голову.
– Я не могу обсуждать… некоторые вещи и события. Госпожа скоро будет, и расскажет все сама. Если посчитает нужным. Прости…
Аки не глядя мне в глаза достала телефон, нажала на вызов, и что-то быстро затараторила. Я уже не наблюдал ее, сделал пару шагов в сторону потянувшись и заложив руки за голову. В трех метрах впереди, возле выхода из коридорчика все еще стоял немигающим сломанным манекеном Кавада. И мне очень хотелось надеяться, что этот дурацкий розыгрыш не стоил ему, да и парню внутри - жизней. Настроение было паршивым, накатила какая-то обида, да и переживание за случайных жертв розыгрыша.
На парковку въехало знакомое авто, приблизилось и остановилось неподалеку. Сразу три двери открылись, и показались Танака, незнакомый парень-японец, а из-за задней двери показалась Китсуноичи собственной персоной. Танака подбежал к водителю, застывшему гипсовой статуей, встряхнул его, позвал по имени. Дал леща… в смысле пощечину, вторую – никакой реакции. Развернулся к нам, бросил на меня какой-то странный взгляд, словно… мне показалось, что на его лице промелькнула если не ненависть, то какая-то неприязнь.
Второй японец скользнул внутрь коридора - явно проверить остальных.
Сереброволосая приблизилась ко мне, остановившись на расстоянии незначительно меньшем, чем считается приличным.
– Здравствуй, Ярю-мир, - тихонько произнесла она, глядя на меня своими большими и красивыми глазками, так не свойственными японке, да и азиатке в целом. Я вдруг понял, что хотя одевается Китсу на манер этой страны, носит прическу и косметику, намекающую на национальную принадлежность, да и в ее внешности угадывались типичные черты этой национальности, но… но присутствовали и серьезные отличия. Например, она была высокой и стройной, длинноногой, кожа была светлой, свойственной больше европеоидам, а разрез глаз напоминал скорее латиноамериканский, чем азиатский. Сами же глаза, точнее радужки были странного карего цвета, с нотками красновато-багрового.