Они вышли на улицу. Утренний Новый Гальванополис был полон жизни – по мостовым стучали механические экипажи, из труб домов поднимались струйки пара, а в воздухе пахло машинным маслом и угольным дымом. Антон с интересом разглядывал прохожих. Многие носили одежду с металлическими элементами – заклепками, пряжками, цепочками. У некоторых на поясах висели небольшие приборы, похожие на карманные часы, но явно более сложные.

– Это хронометры, – пояснил Гаррет, заметив его взгляд. – Они не только время показывают, но и давление пара в городской сети, и температуру, и еще кучу полезных вещей.

Сержант привел их к участку, где большая паровая труба была аккуратно разрезана. Срез был ровным, словно кто-то использовал очень острый инструмент.

– Видите? – сержант показал на повреждение. – Три таких среза на главной магистрали. Пар просто уходит в атмосферу.

Мастер Кривоспир присел рядом с трубой и внимательно осмотрел срез.

– Интересно. Это не ножовка и не паровой резак. Слишком ровно. – Он провел пальцем по краю металла. – И металл оплавлен. Кто-то использовал очень высокую температуру.

Антон тоже подошел к трубе. Срез действительно выглядел странно – как будто металл разрезали лазером. Но лазеров в этом мире быть не могло.

– А что если это сделали эфирным оружием? – предположил он.

– Каким еще оружием? – удивился сержант.

Антон вспомнил эксперимент с кристаллами.

– Если сконцентрировать энергию эфирных кристаллов в узкий луч, можно получить что-то вроде режущего инструмента. В моем мире такая технология называлась лазерной резкой.

Мастер резко повернулся к нему.

– Ты хочешь сказать, что кто-то создал портативный эфирный резак?

– Возможно. Судя по срезам, мощность была небольшой, но очень сфокусированной.

Сержант Болтхед выглядел озадаченным.

– И кто мог создать такую штуку?

– Хороший вопрос, – задумчиво сказал мастер. – В городе есть несколько мастеров, способных на подобное. Но зачем им вредить городской системе?

Антон осмотрел поврежденную трубу еще раз. Что-то его беспокоило.

– А это точно диверсия? – спросил он.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, посмотрите. Срезы сделаны очень аккуратно. Если бы кто-то хотел причинить максимальный ущерб, он бы просто взорвал трубы или сделал множество дыр. А здесь... – Антон указал на срезы, – здесь кто-то очень точно знал, где резать, чтобы отключить именно этот район и при этом не повредить соседние магистрали.

– И к чему ты клонишь? – насторожился сержант.

– А что если это не диверсия, а прикрытие? Кто-то хотел обесточить этот квартал на несколько дней. Возможно, чтобы что-то украсть или куда-то проникнуть.

Мастер и сержант переглянулись.

– В Медном квартале живут в основном ремесленники, – медленно сказал сержант. – Небогатые люди. Что там можно украсть?

– Не обязательно украсть, – возразил Антон. – Может быть, кому-то нужно было остаться незамеченным. Или получить доступ к чему-то, что обычно хорошо охраняется.

Гаррет вдруг хлопнул себя по лбу.

– Мастерская старого Гиротаха! Она как раз в центре обесточенного района!

– Кто такой Гиротах? – спросил Антон.

– Старый изобретатель, – объяснил мастер. – Умер полгода назад. Очень талантливый, но странный. Жил отшельником, никого к себе не пускал. После смерти его мастерскую опечатали – там остались его изобретения и записи.

– И кому-то они понадобились, – догадался Антон.

Сержант Болтхед уже доставал свисток.

– Немедленно едем туда! Если кто-то действительно проник в опечатанную мастерскую...

Но Антон думал о другом. Если в этом мире есть люди, способные создавать портативные эфирные резаки, то технологии здесь развиты гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд. И возможно, его знания об электричестве не такая уж большая редкость.

А это означало, что месяц в Новом Гальванополисе может оказаться куда интереснее, чем он предполагал.

Мастерская Гиротаха находилась в самом сердце Медного квартала, в трехэтажном доме, который выделялся среди соседних построек множеством странных труб и антенн на крыше. Дверь была опечатана красной восковой печатью с изображением шестеренки – символом Гильдии Механиков.

Сержант Болтхед внимательно осмотрел печать.