Дальше оказалось получше. В зале размером с волейбольную площадку на возвышении находился ринг, а вокруг стояли ряды стульев, сейчас, правда, пустовавшие. На стене висело красное полотнище с надписью огромными белыми буквами «бойцовский клуб». Рядом с ним — портреты живших давным-давно князей и графов. Не они ли основали это заведение? Впрочем, неважно.

Людей было мало. Шкафообразная охрана да еще несколько человек, их я не знал, но Вадим побежал к ним здороваться. Я довольно невежливо остался на месте. Не нравилось мне это дело. И сам клуб не нравился. Наверно именно в таких проводили кулачные бои в тайне от полиции матросы в позапрошлом веке. Лилась кровь, летели зубы, толпа визжала от восторга. Не думал, что придется принимать участие в этом, но судьба решила в очередной раз пошутить.

Затем появился седой мужчина лет сорока пяти. Судя по взгляду, он был тут главный. Интуиция меня не обманула. Взгляд был суровый, нахмуренный. Если рисовать с человека картину, то к ней следует добавить подпись «не время улыбаться».

— Граф Завьялов! — шепнул мне Вадим, затем по очереди представил нас друг другу.

— Очень приятно, — сообщил граф, хотя его лицо сообщало, что на самом деле не очень. — Ваш секундант? — спросил он у Вадима.

— Нет… он меня заменит в ринге. Я говорил об этом, — пробормотал Вадим, отведя глаза в сторону.

— Да? Ну, дело ваше, — пожал плечами Завьялов. — Можете идти в раздевалку. Хмелев уже прибыл и готовится.

Я быстро переоделся, размялся и забинтовал себе кулаки (зачем, не знаю, сильно бить ими субтильного по рассказам Хмелева я не собирался). Потом к нам зашел граф, проверил мои перчатки и пригласил в зал.

Там мы стали неподалеку от ринга. В зале появились еще люди — судя по всему, зрители, аристократическая публика из окружения Горчакова. Он с ними со всеми здоровался кивком, иногда молчаливо посматривая на меня, причем взгляд у него становился с каждой секундой все более грустным и виноватым.

О причинах этого я спросить не успел, потому что появился Хмелев — мужчина лет сорока, полноватый, с залысинами и противным выражением лица, в сопровождении своей команды из десяти человек, в которой выделялся парень ростом под два метра, на вид лет двадцати пяти. Его лицо мне показалось знакомым.

Странно, Хмелев был без перчаток и одетый не для драки. Впрочем, у него вся команда была в обычной одежде. Может, никакой дуэли не будет?

— Хмелева жалко, сильно лупить его не хочу. А что за длинный? Такое впечатление, что я его где-то видел.

Вадим посмотрел на меня с тоской.

— Понимаешь, такое дело… Хмелева ты бить и не будешь. Вместо него выступит вон тот, здоровый. А насчет того, что ты его где-то видел… вполне возможно. По телевизору его часто показывают. Это действующий чемпион мира по кикбоксингу Виктор Никитин.

— А что я… — сжался под моим взглядом Вадим. — Не хотел тебе этого говорить… Расстраивать раньше времени…

— Дорогой друг, — медленно произнес я, — несмотря на свои навыки в боксе, я не являюсь профессиональным спортсменом. Не встаю в пять утра на пробежку, и не провожу две тренировки в день. Моим питанием не занимается специально нанятый диетолог, и я не спарингую три раза в неделю, чтобы поддерживать рефлексы в тонусе. Вследствие этого, воевать в ринге с чемпионом мира для меня несколько затруднительно и чревато негативными последствиями для здоровья. Я понятно объясняю или мне выразиться нецензурно?

— Понятно… — жалобно пробормотал Вадим.

— Почему ты не рассказал мне обо всем?!

— Так я же тебя знаю! Ты бы все равно не отказался! Ты бы не бросил меня в беде!

— Кто, я? Ни фига ты меня не знаешь! В два счета! Сказал бы, разбирайся сам в своем клоунском «бойцовском клубе»! Куда я попал?! Не то детский сад, не то филиал сумасшедшего дома! Я уж было порадовался, что элита страны не боится драться на кулаках, а оно вон что! И, к тому же, особого вреда ты бы не получил. Тюкнул бы тебя разок кулачком этот чемпион, и все бы закончилось!

— Я сам не знаю, как получилось, что разрешили подменять, — пожал плечами Вадим. — Был один случай, когда за человека вышел его приятель… простой, не спортсмен, секундант, потому что тот случайно заболел и его обвинили в трусости! А потом понеслось, как снежный ком… А владельцы клуба довольны, дуэли-то в результате участились, и они за каждую получают деньги.

— Такое впечатление, что вы уже передумали драться? — громко спросил Хмелев и засмеялся. — Я так и знал!

— Предлагаю перед основным боем сделать парочку разминочных. Я подерусь с тобой, а твой друг — с Горчаковым, — ответил я.

— Нет-нет, — замотал головой Хмелев, — это будет какой-цирк!

— Цирк?! — разъярился я, — а сейчас — не он?!

— Что случилось? — к нам подошел граф Завьялов. — Правила нашего клуба кого-то не устраивают?

— Я люблю комедии, но только когда смотрю их стороны, — злобно ответил я.

— Не боись! — вступил в разговор чемпион мира, — я тебя не больно побью. Чик — и ты уже в отключке.

— На твоем месте лучше было бы заткнуться! — ответил я. — Когда меня сильно злят, я имею привычку бить в пах и кусаться за уши. Ничего с собой не могу поделать. Тебе когда-нибудь откусывали на ринге уши?!