Стив хмыкнул и тут же сделал вид, будто кашляет, а не смеется.

— Мозга? Правда?

— Ты мог убить его, — голос Симоны поднялся на октаву, ее самообладание медленно таяло из-за сына, который не проявляет никакого раскаяния. — Мы не воспитывали убийцу. Мы не воспитывали уголовника, Стивен!

— Мам, — парень устало запрокинул голову. — Обошлось ведь. Верзила жив, меня не посадили. Я постоял за себя. Разве не этого добивался от меня отец? — он язвительно посмотрел на мать. — Отец все время твердил мне, что я должен стать мужиком, что я должен уметь решать свои проблемы. Его… «душевные беседы» хорошо отпечатались в моей памяти.

— То есть, ты считаешь, что поступил правильно? Быть мужчиной — это не значит проламывать окружающим черепа!

— Не кричи, мам, — ласково прогладила плечи Симоны Диера. Девушка огорченно посмотрела на брата. — Стив, в этот раз ты и правда зашел слишком далеко. Когда ты потерял сознание, полиция отвезла нас с Лаурой в участок. Там уже были Франк и Баз. Нас заставили рассказать обо всем, что мы видели, вызвали наших родителей. В общем…

— Мы должны оплатить лечение избитого тобой мальчика, еще и сверху возместить моральный ущерб! — все же взорвалась Симона, но мгновенно втянула носом воздух и задержала дыхание на несколько секунд. После продолжительного выдоха, женщина вновь заговорила относительно спокойно. — Мне рассказать о том, как обрадовался твой отец, услышав такую новость? Мы не богачи, Стивен.

Юноша вскинул бровями и цокнул — не самый приятный исход. Теперь дверь его квартиры превратилась в портал Геены огненной, а переступить порог равно самоубийству. Сразу же появилось глупое, но искреннее желание сбежать куда-нибудь, пока все не уляжется само собой.

В палату впорхнула та самая смуглая медсестра. Она озарила всех присутствующих доброй улыбкой и вручила Симоне Вест файл с какими-то бумажками.

— Результаты анализов хорошие, — заверила она. — Доктор сказал, что мальчика можно отправлять домой.

— Но почему произошел обморок? — миссис Вест с недоверчивым видом достала содержимое файла и принялась читать лист за листом.

— Вероятно, сильное перенапряжение, — медсестра пожала плечами. — Никаких отклонений мы не выявили. Мальчик здоров.

«Мальчик… Мальчик» — скрежетал зубами Стивен. Эта женщина раздражала его приторной наигранностью. Мать тоже раздражала — ей плевать на сына, она трясется за свой кошелек. Стив был уверен: если бы случай не имел материальных последствий, ни мать, ни отец не обратили бы на произошедшее никакого внимания.

Негативные переживания вызывала и грядущая поездка домой. Все испытывало парня на прочность. По крайней мере, ему так казалось.

Вскоре семейство Вест уже сидело в такси. Симона молчала и серьезно глядела вперед. Ясное дело, она варилась в мыслях и нервничала перед предстоящим конфликтом, который был неизбежным. Все это понимали, как и все могли представить, на что способен Этан Вест в ярости.

Теплая ладонь Ди покрыла руку Стивена. Парень неохотно взглянул на сестру и считал с нее глубокое сожаление. Да, она не одобряла того, что случилось, но не осуждала. Даже после того, как Стив целился в нее из пневматического оружия, она не осуждала его!

От этого на душе у парня сделалось еще более паршиво. Он понимал бы ее злость, как понимает злость матери и отца, но… Диера даже сейчас была на его стороне. Взволнованная и предчувствующая беду, но простившая его. Любящая его.

— Мне очень жаль, — прошептал нежный печальный голос сестры.

— О, брось. Я ведь сам заварил эту кашу, — тихо ответил ей Стивен в надежде, что Симона не слышит их за ревом мотора. — Долго вас расспрашивали в участке?

— Прилично. Лаура ушла раньше всех, ее забрал отец.

— Еще бы, он ведь из полиции.

Ди кивнула и, замявшись, закусила губу.

— Что-то еще случилось? — заметил это Стив.

— Даже не знаю, как сказать…

— Да как есть. Меня все равно сегодня отец прикончит. Что может быть хреновее?

— Мистер Белл запретил Лауре общаться с нашей семьей.

— Что?! — Вест вдруг почувствовал, как в нем прорвало очередной вулкан. От его восклицания в зеркало заднего вида посмотрела мать. Убедившись, что дети сидят спокойно, та продолжила наблюдать за дорогой.

— Он сказал, что не хочет, чтобы на его дочь оказывали влияние такие непутевые подростки, как мы с тобой.

— Но ты-то тут при чем?!

Диера развела руками и замотала головой. Сказанное отозвалось в ней болью, которая так и норовила выплеснуться слезами. Все же, Лаура была ей лучшей подругой долгое время.

— Я пригласила ее гулять с нами и подвергла опасности. А еще наша мама поругалась с мистером Белл в участке, назвала его продажным копом и предателем на всех фронтах. Нажала на больное, так сказать. Лаура нередко рассказывала, что ее отец испытывает вину за то, что так быстро вступил в новые отношения после смерти жены. И вот, наша любимая маман сорвала пломбу с самообладания мистера Белл. Теперь я лишилась подруги, а ты — возможной девушки.