— Вот, — толкнул он Алексея к ногам Борисыча, — улов. Подумали на улице его палевно убивать. Здесь прикончим и около склада закопаем. Все ровно искать его здесь не будут.

— Хм, — задумался Борисыч. — Идиот… Ну, ладно. Здесь, так здесь. Давай с девкой для начала разберемся. А потом с этим ублюдком.

— Хорошо, — размял руки Андреев и пошел к Миле.

— А остальные, где? — спросил Борисыч, поправляя сюртук.

— Подохли, — шмыгнул Андреев.

— И ты один его одолел?! — недоверчиво взглянул на Андреева Борисыч.

— Так во, эти помогли, — показал он на лиса и зайца. — Видимо семьи дороги.

— Это ты хорошо придумал им угрожать. Ладно, оставлю вас себе. Видимо есть, все-таки от вас толк, — довольно улыбнулся Вяземский.

— Богдан! Ублюдок! — крикнула Мила. — Как ты мог?! Он нам жизни спас! А ты его… Я тебя своими руками убью! Помяни мое слово!

— Не-а! — приблизился к ней Андреев. — Ты теперь будешь другим занята.

Андреев раскалил железное тавро в руках Милы и она с криком его выронила. Главарь взял тавро с пола и занес над плечом Милы. За спиной ее был огонь и деваться было некуда. Она зажмурилась и стиснула зубы ожидая боли…

Борисыч тем временем наклонился к Романову.

— Сейчас! — крикнул Алексей.

В ту же секунду заяц вынул из торбы благословленный меч и кинул Алексею. Романов четко поймал его одной рукой. Лис в этот момент вложил кристалл в рукоять скипетра.

Борисыч начал образовывать водный кнут, но он в одну секунду испарился.

— А вот сейчас мы посмотрим, чего ты стоишь без магии, — усмехнулся Романов, с ехидной улыбкой подняв голову на Борисыча.

Я рассек мечом воздух и от него остался белый след в воздухе. Получается божественные артефакты работают и без магии. Отлично!

Борисыч тут же рванул в узкий коридор.

Как этот пузан там не застревает мне не понятно.

Я гнался за ним по коридору и в какой-то момент на меня устремился водный кнут. Видимо выбежали за площадь охвата кристалла. Мечом я отразил удар. И тут же сковал ноги Борисыча камнем. Медленно шел к нему, пока тот старался выбраться. Камень нарастал все выше по телу и к тому моменту, когда я подошел вплотную, его руки уже по локоть, были замурованы.

— А теперь можно спокойно поговорить, — улыбнулся я.

— Леш, — прибежал заяц к нам, — лис спрашивает артефакт нести?

— Нет, — сказал я. — Люди Борисыча, где?

— Пару мы с Милой поймали, остальные разбежались.

— Отлично. Беги в полицию и за Ильей.

— Хорошо, — кивнул тот и побежал назад.

Я поднял в воздух Борисыча и понес за собой, открывая двери. За одной из них были заперты зверолюди, которых я попросил подождать до прихода полиции, за другой находилась, видимо, комната для клеймения, а вот за третьей оказалось нечто очень интересное.

Сразу вспомнились слова той лисы, владелицы борделя: «ты думаешь он полную картотеку ведет?»

Оказалось, что и правда ведет.

Последняя комната была кабинетом Борисыча. В нем все шкафы были забиты досье покупателей и захваченных зверолюдей.

— Не плохо, — покивал я, оглядываясь. — Думаю тут на лет десять тюремного срока.

— Докажи, что это я для начала, — огрызнулся тот. — Мои люди тоже уже бегут в полицию, и они скажут, что именно я нашел тебя здесь со зверолюдьми.

— У меня целая комната свидетелей, — усмехнулся я.

— Ты их запугал… Да и кто поверит шайке зверолюдей?

— Это твое помещение, не забывай.

— Открой десятый сверху ящик в ряду А.

Я подошел к ящику и открыл его. Там лежал только один документ. Договор аренды помещения мной у Вяземского.

— Мои юристы составили. Молодцы, да? — скорчил довольную физиономию Борисыч.

Сука, даже подпись моя стоит. Мастерски подделал.

Я сжёг в руке договор, не поворачиваясь к Брисычу.

— Хахаха, ты думаешь он в одном экземпляре? Ты мой дорогой слишком милосерден. Наслышан. Ты меня не убьешь. А соломоки я себе много подстелил.

— Посиди-ка здесь, — спокойно сказал я и вышел из кабинета.

— Я-то посижу, а ты вот сядешь на лет… Сколько ты там насчитал?! Десять?

Когда я вышел из кабинета сразу же стал связываться со Львом. Ментал мне сейчас просто необходим. Тем более я пока не знаю кто стоит за Борисычем. Такие махинации совершать под боком и быть незамеченным — это более чем странно.