Прежде всего, надо сказать, что манок работал. Дочь Александра и прочие ученые не ошиблись и сделали именно то, что хотели и что обещали. Но на этом все хорошие новости для вампиров заканчивались, и начинались новости неоднозначные.

Во-первых, было установлено, что цуки ощущают действие манка почти на две тысячи километров. И это только то, что было доказано. При этом отдельные особи жуков реагировали на манок, что включался даже за пять тысяч километров. И если для работы самого артефакта это было очень даже неплохо, то вот природное чутье цуков не радовало от слова совсем, ведь получалось, что эти твари ощущали наличие магии на каких-то невообразимых дистанциях. Нет, вампиры тоже так могли, но только с помощью особых приборов, каждый из которых был уникален, да и стоил соответственно. А здесь было насекомое, у которого это был «природный датчик». У каждого.

Понятно, сразу зазвучали предложения использовать столь повышенную чувствительность для того чтобы вызывать разного рода «сенсорный шок». Забивать жукам осязание магии помехами. Ведь, по мнению экспертов, за такие возможности в плане чувств надо было чем-то платить. По крайней мере у самих вампиров было так, и те же сильные запахи или очень яркий свет был им неприятен. Но, к сожалению, все опыты в лабораториях показывали, что жукам буквально плевать на все помехи, которые вампиры смогли создать для их органов чувств. А пробовали вампиры многое.

Так что, пока просто приходилось констатировать факт аномальной чувствительности цуков к магии и надеяться, что когда-нибудь это знание сыграет вампирам на руку.

Во-вторых, опыты показали, что цуки совсем даже не безмозглые насекомые, ну или в их магическом шаблоне стоит некий защитный механизм. А все дело было в том, что жуки не шли на манок, установленный в областях с особо сильно пониженным магическим фоном. Иными словами, их нельзя было заманить туда, где они уже были и нельзя было водить кругами до бесконечности, пока все цуки не передохнут от голода.

В начале испытаний артефакта даже решили, что он банально не работает. И лишь проверка его за пределами сожранной цуками территории показал, что манок в полном порядке, а не в порядке сами цуки, которые не реагируют на манящий призыв магии, если он исходит из области, которою они уже сожрали. Пока ученые еще разбирались с этим феномен, ведь по всем теориям такого быть просто не могло. Манок обязан был полностью обманывать все чувства цуков. Но, видимо, та самая фантастически запредельная чувствительность к магии показывала им, что манок это не более чем аномалия, находящаяся прямо посреди полной пустыни, и значит в этой аномалии ничего притягательного быть не может.

Были и в-третьих, и в-четвертых, и в-пятых… И каждый из результатов опытов был совсем неоднозначным. Потому Александр и сидел над отчетом, не читая его, — он и так до буквы и запятой знал его содержание — а размышляя над вечным вопросом «что делать».

— Так что за совет ты хочешь услышать? Думаешь поставить несколько манков в империи и выслать туда наши войска?

— Ты слишком хорошо меня знаешь, — Константин улыбнулся, — Валерия и Тор сожраны почти полностью. Та же участь постигла западных гномов. Никому не нужные Непокоренные королевства дожирают прямо в эти минуты. Мы, вроде как, манками оттянули оттуда часть цуков, но это все мертвому припарка. Их уже не спасти. Империя отбилась, но Бади, Тошал и Ород сами по себе не устоят.

— Ну наш «любимый» Ород устоит. Восточную часть королевства хорошо так накрывает наша зона искусственно пониженного магического фона. Отчеты сам читал, — Александр махнул рукой на бумаги, — Не идут к нам жучки. Невкусные мы.

— Зато на юге им маслом намазано.

— Так чего ты на самом деле хочешь?

— Ты же сам за меня все сказал. Надо выиграть время. Я прямо чувствую, что ученые создадут возможность вмешательства в магический шаблон цуков, но пока они это сделают, людей и всех прочих вокруг нас съедят подчистую. Приманивание орд цуков на земли империи, где их встретит наша армия и священники, это единственный шанс выиграть время.

— С этим я давно согласен. Но все еще не понимаю, чего ты хочешь от меня?

— Переговоры зашли в тупик прежде всего из-за наших требований.

— Более чем законных, — Александр внимательно смотрел прямо в глаза Константина.

— Не спорю. Уверен, Колет продавит все нужные нам пункты. Она у тебя умница. Но время, Саша, время.

— Хочешь кинут людям кость?

— Ты слишком хорошо меня знаешь, — Константин широко улыбнулся.

— И что предлагаешь?

— Откроем им дорогу в колонии. Пусть селятся на континенте, естественно, после того как мы зачистим там все от хорша.

— А не жирно людям такое будет? Мы дорогу наладили, местность от враждебных аборигенов зачистили, сейчас еще уберем угрозу хорша — и все это мы делали ради людей?

— В накладе мы не останемся. Размножение людей нам выгодно даже больше чем им.

— И все-таки это слишком жирно. Это не кость, это целая туша, причем размера мамонта.

— Поэтому я и пришел к тебе советоваться. Надо эту тушу, как ты выразился, мамонта, от мяса основательно очистить. А мне ничего толкового в голову не приходит.