Несколько секунд Равновесие хранило молчание, пристально глядя на меня. На лице её царила всё та же загадочная улыбка.

— Адепт Довлатов… Как и говорил Камень [12], вы «чудовище, лишённое эгоизма», — взгляд леди стал теплее. — Казалось бы, чему человек может научить потомка Камня [12]? Или кому вздорная на решения Эволюция [12] доверит своё драгоценное дитя? Я не могла понять, с чего вдруг моё скромное чадо из лавки стало проявлять характер. Ей ведь было запрещено давать советы.

— Ой, да ладно! — я смущённо отмахнулся. — Ваша Галя поддалась неудержимой харизме Валеры. Он мужик хоть куда. Главное, чтобы анекдоты при ней рассказывать не начал.

— Ещё и скромный, — улыбка леди стала теплее ещё на градус. — За вами и впрямь интересно наблюдать, адепт Довлатов. Как и было обещано, я помогу вам стать абсолютом [7].

Так и началась моя «огранка». Кто же знал, что к этому процессу могут подключиться и другие Божества и Великие Сущности. Одно из них — с кучей щупалец — мне было совершенно незнакомо.

Глава 2

Чаши Равновесия

Огранка — как много может скрываться в этом слове, когда речь идёт об адепте и развитии в рангах.

— Я дам тебе увидеть мир, — вещало Равновесие, мило улыбаясь.

— Но я и так всё вижу.

— Не всё, — леди покачала головой. — Как видит мир тебя, Довлатов? Как видит собеседник? Какие подпороговые ощущения испытывает твой разум, когда ты сталкиваешься со сложной задачей? Огранка это процесс, а не простая операция. В ходе неё адепт лучше понимает самого себя и отбрасывает лишнее. Только сфокусировавшись на главном и познав НАСТОЯЩЕГО себя, архонт [6] может стать абсолютом [7].

Леди положила руку себе на грудь.

— Я стану теми Весами [12], что помогут тебе узнать себя, адепт Довлатов. На одной чаше ты нынешний, а на другой ты будущий. Много кто вызвался тебе помочь…

Дама в белом платье исчезла в темноте. В тот же миг декорации вокруг нас изменились. Я вдруг очутился в широкой пещере, освещаемой светом факелов. Впереди стоит стол для игры в шахматы. С моей стороны есть стул, а соперником выступает каменная глыба. Ни рта, ни ушей, ни глаз. Кусок гранита и не более того.

Камень [12]! Я был уверен, что в шахматы мне предложил сыграть невероятный и поистине легендарный отец Валеры. Пока я думал, пешка с его стороны сделал ход вперёд. Сев за стул, я ответил тем же…

Мгновенно накатило ощущение неправильности, и я ощутил себя… Божеством [12]. Пешки превратились в филиалы церквей Камня в разных мирах гномов. Мой-камня Янтарный Легион-пешка сделал ход вперёд, а я-Довлатов выдвинул навстречу Пехотный Полк-пешку.

Снова накатило…

Теперь я ощущал себя наблюдателем, следящим за битвой человека с богом. Там, где «Довлатов» играл в шахматы, Камень [12] вёл куда более сложную партию… Причём как во времени, так и в пространстве. Масштаб мысли, причины действовать — всё было другим.

Вот пешка Камня превратилась в ядовитое болото. А мой ответный ход конём превратился в войско гидр, преодолевающих внезапную преграду. И сразу последовала атака с фланга! Ладья противника стала мором, унёсшим жизнь моему слону — корабельному флоту.

На углах шахматной доски добавились ещё четыре. Камень добавил новые механики в игровое поле. Появились мертвецы, случайные чудовища из междумирья… Я вдруг осознал, что все шахматные фигуры на доске — это армия коалиции Земли.

Не прибегая к словам, Камень показывал, сколь велика разница в мышлении между человеком и адептами, добравшимися до Высших рангов [9–10]. Один ферзь [9] с нашей стороны, или даже десять, не то же самое, когда у противника четыре короля [10]. Такой соперник готов пойти на размен ударами и на жертвы.

Камень будто спрашивал: «Чем ты готов пожертвовать?» Ответом от меня стало… Рукотворное землетрясение, разделившее игровое поле на пять частей. Одну армию за другой я стал перемалывать войска противника.

[Кто сказал, что только Камень может менять правила игры?]

…

Огранка продолжалась. Я был фигурой на доске, шахматистом и тем, кто наблюдает за партией со стороны. Накатившая поначалу размытость в ощущениях со временем ушла, уступая место более чёткому пониманию себя. Отец Валеры создал целый каскад из ситуаций, где приходилось делать трудный выбор. Следом приходили невероятные по своей реалистичности видения.

[Вот те на! Да это же аналог жизненного опыта,] — понял я это далеко не сразу.

Боец на поле, фельдшер, полководец — я примерил на себя десятки ролей. Однако где наша не пропадала?! Я привлёк к шахматной войне вампиров, обращая пешек Камня в слуг. Поднял коней-нежить… Батя Валеры впечатлился! Прямо так впечатлился, что начал мухлевать, поднимая ранги своим шахматным фигурам.

[Довлатов, ты это… Сына моего такому ходу мыслей не учи,] — услышал я жутко довольный голос Камня прямо в голове. — [Он ведь тогда гномов и в посмертии привлечёт к работе.]