— Говорят, что кто узнает имя — тут же умрет.

— Неужели он такой грозный?

— Ходячая смерть!

— Да? А меня спас, — озадаченно бурчу себе под нос.А мальчишка между тем обходит столы, шлепается на пыльный стул и говорит с улыбкой:

— Может, потому что вы изменили своему мужу с братом генерала?

Я аж воздухом подавилась.

Вот это бывшая хозяйка тела зажигалка! Просто очуметь.Значит, на хорошее отношение надеяться не придется._____Дорогие читатели!Добро пожаловать в новую историю.Если вам понравилось начало, добавляйте историю в библиотеку, чтобы получать оповещение об обновлениях.Спасибо всем, кто ставит лайки и делится впечатлениями в комментариях — это окрыляет.На следующей странице я подготовила для вас визуал

— Как ты любишь, чтобы к тебе обращались? — спрашиваю я у паренька по-хитрому.

— Рикки, — растерянно отвечает тот, открыв рот.

Отлично! Вот и познакомились.

Я прохожу по полу чайной, всматриваясь в обстановку. Когда с тобой мало общаются, находишь развлечение в мелочах. Благодаря этому руководство всегда хвалило меня за внимание к деталям, и я быстро стала главой отдела аналитики.

Так я вижу, что в витрине у прилавка остались сушиться пирожные и печенья. Сейчас их вид был еще более удручающий, чем у самого строения. Эта мелочь говорила о том, что чайную оставили внезапно, в самый разгар торговли.

И чей это бизнес?

Что же тут произошло?

Я захожу за прилавок, рассматривая стену с нишами под жестяные баночки чая и беру одну. Открываю. Нос тут же щиплет яркий запах мяты. Чай скрутки порох выглядит вполне себе годным. И я не понимаю, откуда я знаю название скрутки и то, что это зеленый чай. Информация словно сама всплывает в голове.

Я беру следующую банку, открываю. Тут черный чай с ярким ароматом малины и кусочками сушеных ягод. Я беру щепотку, давлю чаинки между пальцами и они почти не крошатся.

“Значит, не переферментирован, все отлично” — понимаю я.

Неужели, это память тела?

Чтобы проверить, я открываю другую банку. Здесь светло-зеленые, с пушистым покрытием, чайные листочки. Они небольшие, скручены в трубочку. В голове тут же всплывает — белый чай. И тут же расшифровка: это чай из нераспустившихся верхних почек чайного дерева.

Вообще, все виды чая можно собрать из одного куста. Отличаются лишь, какие листья собрали — почки, почки с верхним листом или большие старые листья, ну и способ ферментации.

Господи, откуда я столько знаю?

Теперь я уверена, что я работала здесь. Даже знаю, что такой ферментация — это окисление соком чайного листа. Вот!

— Рикки, а сколько лет чайная закрыта? — спрашиваю я.

— Так пять лет, госпожа. С тех пор, как вы замуж вышли.

— А почему здесь все так брошено, словно отсюда в панике сбежали?

— Не сбежали. Господин увидел вас и влюбился. Вот и похитил.

Похитил? Интересные подробности.Здесь так принято? По любви хоть было? Или Алисия ненавидела своего мужа, поэтому изменила?

Столько вопросов и ни одного ответа. И паренька расспрашивать неудобно.

— Не могу вспомнить, мы тут с тобой давно?

— Так утром приехали. А потом, — Рикки запинается, — потом я пошел на дело, а вы пропали. Искал вас, искал, а вы… Со скалы прыгнули!

Значит, Алисия посмотрела на чайную и не захотела больше жить? Или тут что-то большее? Над ней издевались? Не приняли соседи? Оскорбляли?

Неужели, и тут меня ждут косые взгляды?

Я вижу дверь и открываю ее. Это подсобное помещение с мешками чая. Их тут довольно много.Изучаю дальше. Нахожу еще одну дверь.

— Там домашняя часть, — Рикки проскальзывает вперед меня. — Я рад, что вы готовы посмотреть и больше не плачете.

Значит, Алисия была в подавленном состоянии. Что ж. Не удивительно. Ее история очень запутанная, но выяснить подробности измены у мальчишки я не могу.Зато могу спросить другое:

— Рикки, а почему тебя отправили со мной?

На что он тут же сникает, опускает взгляд и говорит:

— Так я сирота. Кому я нужен, кроме вас?

А вот это хороший знак. Не то, что Рикки без родителей, а то, что Алисия к нему относилась по-доброму. Значит, она неплохой человек.

— Значит, ты со мной добровольно?

— Я, как услышал, что служанки готовы на каменоломню отправляться, лишь бы с вами не ехать сюда, так сам и вызвался.

Я протягиваю руку и треплю Рикки по темным волосам:

— Спасибо! Защитник мне очень пригодится.

У меня никогда не было детей. И быть не могло. Так сказал врач.

Рикки будил по мне родительскую нежность, которую мне не на кого было выплеснуть. В одно время я даже хотела усыновить ребенка, но потом поняла. что не смогу уделять ему много времени, даже если не буду перерабатывать. А здесь вот оно как сложилось.