Мало ли что…

Прошло ещё минут двадцать — а Никитин всё не возвращался.

Я снова и снова прогонял в голове всё, что случилось за последние дни (кроме афёры на чароболе ничего не приходило в голову) — и вдруг в мозгу мелькнула догадка!

— Дерьмо! Ну я и тупица! — выругался я, внезапно осознав, что происходит.

Никакого приказа на обыск у полицейских нет! Ориентировка, может быть и настоящая, но их неторопливость…

Они просто тянут время! И для этого есть одна-единственная причина…

Оставаться здесь было бессмысленно.

Подхватив сумку с пола, я встал из-за стола и подошёл к двери. Она оказалась заперта — но это уже меня не слишком волновало. Влив немного магии в ногу, я пинком выбил замок и зло посмотрел на уставившихся на меня двух полных полицейских, стоящих рядом с водяным кулером.

— Сударь, вы нарушаете…

— Заткнись, — бросил я, делая шаг вперёд, — Где Никитин?

— Я не… — опешил полицейский, — Не знаю…

— Я задержан?

— Я не…

— Понятно.

Не обращая внимания на этих бедолаг, широким шагом я направился к выходу. Меня никто не уведомил о задержании, я пришёл сюда по доброй воле, и у меня не нашли ничего запрещённого согласно ориентировке — а значит, я мог уйти в любой момент.

И пусть хоть кто-то попробует остановить меня!

— Господин Апостолов!

Уже на проходной меня нагнал следователь. Его раскрасневшееся лицо выражало крайнюю степень недовольства, а в руке он держал… Бумажный стаканчик с кофе!

Ах ты сучара!

— Слушаю? — тем не менее соизволил обернуться я, когда он свободной рукой ухватил меня за предплечье.

Я посмотрел на него выразительным взглядом — таким, от которого он стушевался и тут же разжал пальцы.

— Вы без разрешения покинули допросную! Это…

— Это возмутительно, согласен, — закончил я за него, — А именно то, что меня заперли там, словно какого-то преступника! И вместо того, чтобы быстрее разобраться с этим идиотским недоразумением, вы решили попить кофейку?! Где разрешение на обыск?!

Никитин промолчал, а к нам оказались прикованы взгляды полицейских, выглянувших в коридор из кабинетов.

— Мы ждём…

— Я задержан?

Следователь гаденько улыбнулся.

— Для выяснения обстоятельств вам придётся…

— Не придётся. Либо зачитывайте обвинения и ищите понятых для задержания — либо я напишу на вас жалобу.

— Вам предоставить ручку и бумагу? — ехидно улыбнулся Никитин.

— Не переживайте, я отправлю её через госуслуги.

— Что тут происходит?

За нами появился полноватый майор в помятом кителе. Вытирая залысину платочком, он с недовольным взглядом приблизился к нам.

— Столичный гость пытается сбежать из отделения, — тут же заявил следователь.

— Выбирайте выражения, — посоветовал я, — Ещё раз распустите язык — и получите вызов на дуэль.

Никитин поперхнулся заготовленной фразой, и на этот раз посмотрел на меня с неподдельным интересом.

— Что тут происходит?! — повторил майор, — Никитин, объяснись!

Тот раскрыл было рот, но я его опередил.

— Ваши люди остановили меня на выходе из вокзала., Ознакомили с ориентировкой, под которую я якобы подхожу, и привели сюда. Никаких обвинений, никаких понятых, права мне никто не зачитал. Затем они заперли меня в допросной, и господин Никитин попросил осмотреть мои вещи в поисках запрещённых артефактов. Я пошёл ему навстречу и разрешил изучить мой багаж — безо всякого разрешения на обыск, прошу заметить! Затем он запер меня и исчез.

Майор побагровел и повернулся к следователю:

— Андрей, это что за самоуправство?!

— Он…

— Господин Апостолов, — перебил его я.

— Господин Апостолов отказался предоставлять содержимое своих карманов, и…

— Приказы, — сквозь зубы процедил я, — Приказы о задержании и обыске. Где они?

Следователь замолчал, а майор закатил глаза и повернулся ко мне.

— Господин Апостолов, я от лица нашего управления приношу вам свои извинения, Возникло недоразумение… Не смею вас больше задерживать.

— Благодарю, — коротко кивнул я, и направился к выходу.