Создав импульс помощнее, хорошенько вложившись в него, я направил ментальный кулак прямо в разум четырёхрукого погонщика.

И о чудо! У этого здоровяка мозги были на месте. Монстр, ожидавший честного боя, сделал заднее сальто, приземлившись прямо на голову. Шея его искривилась с громким хрустом. Я же продолжил кромсать его нервную систему, хоть это и давалось непросто.

Очень любопытно. С его гончими разобраться — целая проблема. А сам он оказался не очень-то серьёзным противником. По крайней мере для меня. Однако какая-то защита у него была. Всё-таки архидемон — это не рогач и даже не инкуб.

Он рывком поднялся на ноги, мотнул башкой. Из его носа и ушей в разные стороны разлетелись тягучие капли бурой демонической крови.

Он взревел:

— Менталист, ненавижу вашу породу!

Затем он вдруг достал какой-то камень и закинул себе в рот. Я опомниться не успел, как его глаза сделались стеклянными и разъехались в разные стороны. Из его рта потекла густая пена.

— Жрать! — заревел он и бросился на меня.

— Весело, — хохотнул я. — Смотри, не подавись, я не вкусный.

Моя нагамаки вспыхнула красным пламени. Предполагая, что этот красавчик подготовил мне какой-то сюрприз, я принялся выписывать своим орудием восьмёрки и собрал побольше метальной силы, пытаясь повредить ему. Однако на этот раз всё снова пошло не так. Неужто эти дрессировщики нашли какой-то способ противодействия менталистике?

Оставлять этого гада в живых нельзя, потому что если он уйдёт и сможет доложить Базалесу о своих открытиях, ничем хорошим для меня это не закончится. Не хватало мне ещё орду таких воинов, иммунных к ментальной магии. Так мы всё преимущество растеряем.

Пытаясь испепелить ему мозг и нервную систему, я сшибся с ним в ближнем бою. Бросился к нему, выставив перед собой нагамаки и принял на клинок удар двух топоров. Кнуты попытались обвиться вокруг меня, но песчаный щит вперемешку с телекинезом не дали им этого сделать.

Где-то внутри себя я почувствовал толчок, раньше ничего подобного не ощущал. Это что-то новенькое. Не Носорог ли подаёт мне сигналы, пытаясь уберечь от чего-то. Вот только от чего?

Спешно орудуя клинком, я отбил пару мощных выпадов, затем ловко извернувшись, смог отсечь гиганту одну из рук, сжимавшую топор. Погонщик омерзительно завизжал. Я кое-как увернулся от летящей прямо в голову секиры, сбросил с себя один из кнутов, попытался вонзить клинок прямо в пасть погонщика, в тайне надеясь, что у него тоже не окажется металлическая пасть.

Но тот был куда проворнее своих подопечных и, отведя голову в сторону, ловко контратаковал.

К слову, щит у него был тоже довольно крепок. Я периодически пускал в него мечи и копья, сотканные из песка. Но вся беда в том, что клинок с душой Ардуила легко пробивал его щиты, а вот песчаные копья и клинки лишь бессильно разбивались о мощную защиту, то и дело полыхающую красным.

С одной стороны, мне было очень интересно взять этого молодчика живым и допросить. Но с другой стороны, оставлять его в живых нельзя, причём нужно вскрыть ему черепушку и спалить всё, что там есть, на случай если Базалес решит его воскресить, чтобы не осталось никакой памяти. Ничего. Нужно испепелить саму его душу. И на этот случай у меня был один маленький подарочек от Ардуила. Было не так много зарядов, которые можно усиливать свои песчаные клинки, их я берёг на важные случаи. Вот, к слову, такой случай и настал.

Погонщик давно перестал обращать внимание на летящие со всех сторон атаки из песка, поэтому даже не обратил внимания, как здоровенное копье, пройдя сквозь его щиты, вонзилось прямо в череп и принялось буквально выжигать всё его существо. Оно упало аккурат сверху вниз, сначала пронзив его макушку, пройдя сквозь череп, а потом и по всему столбу позвоночника. Не должно было остаться ничего, ни одной мысли, никакой памяти. Рисковать подобными вещами я точно не готов.

Я всё ещё стоял, тяжело дыша, отходя от быстротечной схватки. Как меня отвлёк протяжный вой двух глоток. Гончие осознали, что потеряли своего хозяина. Мне было уже не до них. С ними справятся ребята. Я смотрел наверх, туда, где золотой демон готовил какую-то новую пакость. А ещё из черных туч все отчётливее стали выплывать длинные толстые щупальца.

Похоже, на подмогу погонщику прислали целых двух тварей, причём до крайности противных. В следующий миг из собравшихся чёрных луж, вызванных дождём, полезли чёрно-красные лапы, щупальца и когтистые руки.

Картина выглядела жутковато, но глаза боятся, руки делают. Главное — не отступать, а там руби себе, да руби. Но лучше бить тех, кто всё это представление устроил.

Я быстро оценил поле боя. Молодой майор, которого Лупицкий послал защищать стены, справился довольно неплохо. По крайней мере, демоны с одной стороны стены были полностью заняты боем, им было уже не до нас.

Вторая половина демонов, занявших позиции на крепостных стенах, также про нас забыли и сейчас поддерживали своих товарищей, потому что понимали, что они будут следующими.

Гончие, к слову, несмотря на потерю хозяина, казалось, лишь разозлились ещё сильнее и принялись сражаться с большей яростью. Мне даже показалось, что их могучие тела вспыхнули, обжигая и отравляя зелёным пламенем всех, кто находился рядом.

Набрав полную грудь воздуха, я создал ещё два копья и поместил в них часть могущества Ардуила, затем направил их вверх. Одно копьё должно было поразить золотокожего демона, несущегося в колеснице, а другое — многоногого монстра, засевшего где-то там в гуще туч.