Но чем дальше от района менеджмента, тем беднее и озлобленнее становились люди. Все, кто оказался выброшен на периферию, теперь рвал глотку соседу за возможность выбраться наверх, к большому столу власти.

Та незнакомка выглядела, как «центровая» из крупной компании, одежда дорогая, импланты топовые. Она была сёрфером, оттуда, где людей вроде него никто не ценит. Однако, она его поблагодарить не забыла.

Это было очень странно, они там таких как он, работяг, и за людей не считали. Сколько раз он с хамством таких «центровых» сталкивался. Марк выбросил потухшую за размышлениями сигарету в канаву, потёр усталые глаза и полез в салон «Доджа».

Рация в полицейской машине монотонно бубнила. Улица, на которой шла перестрелка, оказалась пустынной. Редкие автомобили останавливались вдалеке, от греха подальше и разворачивались, стараясь не попасть под огонь. Бандиты засели в продуктовом магазинчике, ведя огонь по прибывшим стражем порядка.

Прибывший первым по сигналу тревожной кнопки магазина патруль попал под ураганный огонь, один из патрульных был ранен, второй укрывался за машиной. Ещё две машины, находившиеся в том же районе, прибыли через десять минут и держали парадный вход и чёрный выход. Раненого эвакуировали.

— Зиро — три, зиро — три, как слышите? — диспетчер повторила попытку связи.

— Зиро — три базе, — отозвался патрульный Аарон Смит. — Принимаю чётко.

— База зиро — три. Как обстановка?

— Херовая обстановка, — Смит пригнулся, когда шальной рикошет разбил стекло. — Магазин блокировали, но внутрь войти не можем, хозяева мертвы.

— Подвинься, сынок, — Аарон понял, что за спиной кто-то стоит. — Дай мне рацию. Пришло время возмездия.

Патрульный обернулся и увидел, как на него смотрит крепкий мужчина с короткой стрижкой, в чёрных очках и с большой кубинской сигарой в зубах. На незнакомце была гражданская одежда, поверх которой натянута разгрузка. На поясе в кобуре болтался огромный старомодный «Пустынный орёл» в золотой оправе.

— Ты кто? — Смит навёл на того пистолет, но здоровяк только усмехнулся.

— Я — возмездие, — тот пыхнул сигарой…

… «Марко Систем» — самый лучший многозадачный процессор на все случаи жизни, — на экране телевизора появилась стройная пышногрудая блондинка. — Теперь мой оргазм длится в три раза дольше…

— Рами, сколько можно смотреть эту лабуду? — Марк поднял глаза от плана застройки и недоверчиво посмотрел на экран. — В твоём возрасте девочкам бы по парням уже начинать сохнуть. Или там по каким-нибудь безголосым плаксивым певцам из подростковых групп.

— Пап, ты ничего не понимаешь в современном кинематографе, — девочка показала язык и улыбнулась. — Ну правда, это же комиссар Возмездие, третья часть. Он, в отличии от бандитов и полицейских, воюет без железа.

— Куда уж мне, — усмехнулся мужчина. — Жаль, что твой комиссар Возмездие не помогает работягам разобраться с их насущными проблемами. Стрелять так каждый второй умеет, а вот созидать или с компаниями договариваться, это более нужный навык.

Пышногрудая блондинка на экране с жизнерадостной до какой-то идиотичности улыбкой сменилась изображением тощего пса.

— Это Тобик, мой пёс, — мужчина в полосатой пижаме грустно смотрел на доходягу. — Он уже старый и не может защитить меня от воров. Теперь для нас это не страшно, потому что у нас есть КиберПёс — 2000. Всего десять тысяч оверонов, и Тобика не тронет ни одна…

— Пап, а почему ты вчера так поздно приехал? — Рами отвернулась от экрана и посмотрела на него.

— Дела были. На работе задержался, — очень неубедительно соврал Марк, рассказывать о том, что происходило вчера, дочери не хотелось рассказывать, как он с работягами распивал пиво и играл в бильярд в «Синей звезде».

— А-а-а, — многозначительно протянула девочка. — На работе, значит. Я тебе звонила на работу вчера, хотела предупредить, что задержусь у Милы, но ты рано уехал. Рассказывай, кто она!

— Ты про кого? — искренне удивился мужчина.

— Про ту особу, которую ты называешь работой, — хихикнула девочка, но начался сериал, где мощный комиссар уже шёл к магазину, на ходу паля из своего огромного пистолета.

Мужчина едва успел перевести дух, передав «спасибо» всем киноделам, которые клепали этот ширпотребный боевик. В дверь неожиданно постучали, требовательно, но несильно.

— Я открою, — Марк ретировался из гостиной, радуясь любой возможности сбежать от неудобных вопросов дочери, впрочем, она не возражала.