— Здесь его целитель, — ответил я и сразу же стал видимым всем присутствующим. — И что, тебе легче стало? Нож убери, где взял.

— Ты… вы… — растерявшийся бородач не сразу выполнил отданный мною жёстко приказ, но всё же засунул нож куда-то за спину.

Мои парни, получается, так и не сказали этим мятежникам, кто является тем самым целителем, к которому они доставили изувеченную. И Мститель им не сообщал. Хотя, мужчины могли бы и сами догадаться. Тот, кто способен исцелить последствия жутких пыток, явно ведь не на помойке живёт. Тем не менее, от моего вида, смотрю, оторопели. Что, неожиданно?

Ну, да. Я ведь, что называется, с корабля на бал, вернее, наоборот, с бала на корабль. Не мог же я, милорд Степ Неллерский, сидеть в герцогской ложе амфитеатра со своей семьёй и самыми важными гостями одетым в рубище? Разумеется, я сейчас во всём своём великолепии — ярко-зелёные штаны, заправленные в коричневые полусапожки из тонкой оленьей кожи, синяя рубаха с большим воротом и золотыми завязками под горлом, красный камзол, тёмно-фиолетовый котелок с бриллиантовой кокардой сбоку, на шее медальон, усыпанный жемчугом, рубинами и изумрудами на толстой цепи, на руках браслеты, на пальцах кольца. На поясе меч из тех, которые мой наставник милорд Ричард Ванский называет женскими, зато великолепно сверкает усыпанными янтарём и бирюзой рукояткой и ножнами. В общем, я красавчик. Где тут девки, чтобы восхищаться? Одна только, но на неё смотреть страшно, а не то что требовать восторгов.

— Показывайте больную. — смотрю на девушку, раскрывшую единственный глаз до размеров блюдца. — Чего стоите? Одеяло с неё скиньте. — могу и сам, да только пусть они поучаствуют. Я же взглядом приказываю Нику подвинуть мне к кровати вещевой сундук. Стульев или табуреток тут нет. — А пока представьтесь.

Сундук оказался тяжёлым, и Нику помог второй мужчина. Сажусь, пристроив поудобней меч.

И как зовут висельников с подопечной, и вообще историю их появления здесь я уже знаю от Эрика, переданная ими разрубленная монета-пароль сейчас лежит у меня в кармане камзола, но пусть расскажут ещё раз.

Хочу лично услышать, что их реально, без шуток, зовут Пётр и Павел, как тех первых апостолов, которые пришли у нас агитировать римлян, и узнать подробности длительного — месяц поди в Неллер добирались? — путешествия с изувеченной на руках. Совмещать беседу вопрос-ответ с осмотром молодой женщины для меня не сложно.

Вика, таково имя моей пациентки, была не просто женой близкого милорду Джеку друга, но и соратницей Мстителя, умевшей убеждать людей, как я понимаю, что та Жанна наша Д’Арк.

Поэтому, вместе с супругом под видом беженцев, переселенцев или обычных путешественников часто пробиралась в поселения и города, где начинали смущать умы обездоленных, лишних и несчастных к мятежам или шпионажу в пользу крестьянской армии.

Два месяца назад Вика и её супруг Эдгар Тановы попались в лапы тайного сыска герцога Альфонса, когда подговаривали разжалованного сержанта и его приятеля открыть калитку у городских ворот Лепрянска.

Стража тогда схватила всех четверых, и тех, кого подговаривали, и тех, кто искушал обиженных вояк сотней драхм с гарантиями сохранения их жизней и последующей выплатой втрое большей суммы.

Лепрянск Мститель всё же захватил, вот только спасти своего друга не успел, тот умер в ходе дознания — в заштатном глухом городишке не нашлось достаточно опытного палача.

Это у моей мачехи, нет, теперь уже у брата Джея, и Гельмут, и Сергий могут пытать неделями, а их воющие от боли жертвы останутся живыми даже безо всякой целительской магии. Думаю, и у Альфонса такие имеются в Ронере. Даже брат-тюремщик в моей обители Никита вполне умелый в этом плане. Но Эдгару Танову попались неумехи.

Зато Вика выжила. Правда, с трудом представляю, как ей это удалось. Даже после помощи магии милорда Джека выглядит просто ужасно.

Помимо выжженного глаза у неё отсутствует и ухо, тоже левое. Верхние зубы спилены. Подбородок и нижняя губа до лечения точно представляли собой один сплошной ожог, да и сейчас смотрится жутко. Русые волосы, тем не менее, отросли почти до плеч. Они сальные, давно не мытые, и всё же кудрявятся.

На руках отсутствуют большие пальцы, а на ногах все. Правая нога распухшая в коленке раза в полтора. Больше сказать себе пока ничего не могу, остальное тело закрыто длинным шерстяным платьем серого цвета. Именно от него идёт тот смердящий запах гноя и пота. Ну, да, мне как ветерану больничных палат в прошлом и целителю в настоящем к таким ароматам не привыкать, как и к виду истерзанных пытками тел. Это ещё ничего, вот после дознавателей инквизиции, там да, волосы дыбом встают даже у видавших многое.

— Вы мне поможете? — шипит она змеёй, когда я закончил её первоначальный осмотр и беседу с Петром и Павлом.

С таким состоянием рта по другому и не поговоришь.

— Для чего тебя ко мне привезли? — жму плечами. — Помогу конечно. Не сразу. Поработали с тобой хорошо. — я оборачиваюсь к остальным. — Выйдите все, мне нужно её осмотреть целиком.

Эрик кивнул подбородком к мятежникам, чтобы те выходили первыми. Следом вышли Иван с Ником. Лейтенант оставил меня наедине с пациенткой последним. Мои сержант и штаб-капрал в одеяниях горожан выглядят весьма состоятельными. Не удивительно, плачу я им хорошо, а тратить парням долгое время было не на что и негде, всё в походах и сражениях.