– Ты доживи, сначала, до моей старости, – сказала, как плюнула она.

Вот, стерва. Ни жалости, ни сомнений. Она внимательно наблюдала за мной.

А я за ней. Ну, что, будем в молчанку играть? Думаешь, что меня прогнёшь? Спокойно и уверенно смотрел ей в глаза.

– Да. Милиционер прав, – первой сдалась она. – Сдвиг по фазе у тебя серьёзный.

В её взгляде заметил испуг. О, бабуля, так всё-таки ничто человеческое вам не чуждо. Она, видимо, тоже заметила что-то в моём взгляде и поспешно отвернулась к окну. Надо срочно исправлять ситуацию. Проблемы с близкими родственниками мне не нужны, от слова совсем.

– Бабуль, да ничего страшного. Просто, я не помню ничего, – решил я взять инициативу в свои руки. Но при слове «бабуль» её заметно передернуло.

– Я что, никогда не называл вас «бабуля»? – удивился я. – А как называл?

Она мельком взглянула на меня ошарашенно, но ничего не ответила. Я понял, что все сказанное звучит действительно довольно дико.

– Хорошо, – решил зайти с другой стороны. – Как вас зовут?

– Эльвира Эдуардовна, – медленно проговорила она, коротко взглянув на меня и опять отвернулась к окну.

– Если я буду к вам по имени-отчеству обращаться, нормально будет?

В ответ тишина.

– Молчание знак согласия, – подвёл итог я. – Ну что, Эльвира Эдуардовна, может, поговорим? Вы же хотели от меня что-то услышать?

– Я вот хотела узнать, – повернулась она ко мне, – как ты в реке вчера оказался?

– Вот тоже хотел бы это знать, – серьёзно ответил ей.

– Милиция считает, что ты сам прыгнул, – заявила она, с вызовом глядя мне в глаза.

– Всё выглядит именно так. Но мне нечего вам сказать: я ничего не помню.

– Как ты мог?! – сорвалась она на крик. Всё-таки, женщина есть женщина.

– Тише, тише, – подошёл к ней, заметив подступившие слезы, – понятия не имею, что меня заставило вчера так поступить, но узнаю. И больше никогда так не поступлю. Обещаю, – тряхнул её за плечи. – Всё позади, – постарался успокоить её.

Она взяла себя в руки и, отвернувшись к окну, вытерла глаза носовым платком. Потом повернулась ко мне, демонстрируя готовность продолжать разговор. Какой характер у женщины. Скала.

– Что дома? В семье происходит что-то неприемлемое для детской психики? – спросил я.

Она растерялась, удивлённо глядя на меня, но быстро собралась:

– Ничего необычного. Все, как всегда.

– В школе? Не было ли конфликтов с кем-то? Не вызывали вас в школу недавно?

– Ничего такого, – в замешательстве ответила она.

– А учусь я как?

– Хорошо.

– Ну. И какие ещё есть мысли? Может, любовь несчастная?

– Не знаю, – буркнула она и присела на подоконник.

– Что делать будем? – примирительно спросил я, присаживаясь на подоконник рядом с ней.

– Не знаю.

– У меня есть несколько вопросов. Можно?

– Спрашивай.

– Матушку я видел сегодня. А мой отец?

– Нет у тебя отца.

– Без отцов дети не родятся. Кто он?

– Козёл.

– Правда? Неожиданно. А поподробнее?

– Шут бродячий.

– Как это?

– Геолог.

– О, как интересно! – воскликнул я. Но не успел представить себя в этой профессии, как получил удар локтем в ребро.

– Бабуля! Хорош! – простонал я, хватаясь за бок.

– Извини. На автомате.

– Что, родители в разводе?

– Да.

– Давно?

– Давно. Ты маленький был.

– Я с отцом знаюсь?

– Нет.

– Когда в последний раз виделись?

– Лет пять назад, может, больше.

– Жаль. Мальчишкам отец нужен, – проговорил я и заранее встал, уверенный, что мне сейчас опять прилетит локтем в ребро. Но бабушка только посмотрела на меня выразительно, сжав зубы и изображая ярость, улыбнулся ей в ответ. Сразу видно: она баба умная, сама понимает, что я прав. Присел обратно на подоконник.

– Получается, со стороны отца проблем у меня быть не могло.

– Не могло, – подтвердила Эльвира.

– Иван, мой сосед по палате, сказал, что у меня сестра есть.

– Есть. Инна. Она на первом курсе меда в Минске училась, познакомилась с выпускником военного училища и вышла замуж. Он получил лейтенанта и был направлен служить в Пермь. Инна туда в мед перевелась, сейчас уже на четвёртом курсе.

– А Пермь отсюда далеко?

– Далеко.

– А мы, кстати, где?

– Брянская область, – тяжело вздохнула бабка, видимо, смиряясь с тем, что я ничего не помню. – К Инке не наездишься. Она дочку прошлым летом родила. Правда, малышке там климат не подходит: за 8 месяцев уже 3 раза пневмонией переболела. Мать ездила к ним летом, после родов помочь. Я в сентябре с малышкой сидела: у Инки учеба в меде началась. Но вся наша помощь – мёртвому припарка. Малышка постоянно болеет, в ясли не ходит. Инка зимнюю сессию еле сдала. Одни тройки, стипендии лишили. Живут на одно жалованье мужа-старлея.