Теперь мне необходимо обучиться контролю и найти того, кто наградил мое тело мраком. Желательно не заляпать всю академию тьмой. И не влюбиться в ректора, который пытается «излечить» меня самыми нетрадиционными методами Междумирья… Знал бы об этих стыдных занятиях настоящий муж!
Впрочем, к демонам. Пусть думает, что хочет. Не ему меня обвинять, ведь я владею его страшным секретом… Мой случайный супруг – вовсе не тот, за кого себя выдает.
Глава 1
Демонова бездна!
Ничего он не забыл. Ничегошеньки!
И хоть ректор Влад Вольган перемещался по Белой аудитории расслабленно, проламывая широкими плечами плотный воздух с ароматом свечного воска и дымком проблем… Я ясно видела: не забыл.
Тон его звучал буднично. Серебристая коса вальяжно болталась между лопаток, обтянутых синей тканью пиджака. Взгляд прозрачных, льдисто-голубых глаз скользил мимо… Словно тэр Вольган придирчиво изучал рисунок трещин на стене за мной.
Но… Не забыл!
Ему не снотворное для крупных иномирских тварей нужно было пить, а что-нибудь для мощной контузии. Чтобы даже образ мой накрепко изгладился из памяти. Вместе с воспоминаниями о темной, дикой ночи в той спальне, окрашенной в зимние сине-голубые цвета.
Та спальня.
Которую я покидала утром с грохочущим сердцем и самыми дурными предчувствиями. Под монотонный свист свидетеля Лаэра, под незатейливый мотив песенки про «черное сердце»…
Та кровать.
Запертая в четырех деревянных столбах. Не прикрытая даже балдахином. Обнаженная и распятая, уязвимая, как и ее гостья – перепуганная и дрожащая Лара Хоул.
Тот мужчина.
С серебром в длинных волосах, с магической ямочкой на подбородке, с крутыми плечами и странными ранами на лопатках.
Тот вкус, тот запах, те тысячи искр, на которые мы рассыпались, да так и не собрались…
– Вы сегодня чудовищно не собраны, – едко произнес Влад и указал на урночку, которую мне нужно было наполнить водой.
А крана так-то здесь не было, и дождик в аудитории не собирался. Выудить капли влаги мне предстояло прямо из мироздания, из сгустков воздуха, из потолка и камней.
Бездна.
Черпать силы из природы я только училась. Огненный защитный цветок получался неплохо, но вот жидкость… Упертая материя мироздания никак не желала приобретать нужную форму и стихийную принадлежность.
Да и… Соберешься тут!
Я тоже отчетливо помнила, какое оно там все… под трескучей рубашкой и синим пиджаком с эмблемой.
И как теперь с этим жить? Как, демоны меня задери?
– Не отвлекайтесь, тэйра Хоул. Сосуд сам себя не наполнит…
Безмятежные капли росы покрывали чашу для магических практик. И ни одна из них не была создана мной.
Рамы натужно трещали, за мутными окнами угадывалась метель, сорвавшаяся с цепей. Защитные экраны лоснились зарядом, укрывая стены аудитории от спонтанных выбросов чего бы то ни было. К примеру, тьмы.
Влад уже трижды показал, как зачерпывать материю и заговаривать пригоршню силы на стихийность. И да обернется воздух водой…
Не оборачивался. Только вены вздувались на моих висках и глаза стыдливо убегали в пол.
– Давайте я еще раз…
– Не нужно! – выпалила я, в красках представив очередную пытку.
Не перенесу!
Вот сейчас он подойдет сзади. Колыхнет выдохом прядь за ухом, скользнет ладонью по плечу до запястья, чтобы сложить четыре моих пальца в причудливый знак. И под ребрами закопошится самое темное. Стыдное. Сладкое.
Обманщики. Какие же мы обманщики.
Лаэр не зря посмеивался в коридоре, лучше меня понимая, куда заведет случайная связь ректора и студентки. В рогатую бездну безумного притяжения.
– Он заснет, тэйра Хоул, – с участием в голосе пообещал Вольган.
– К-кто?
– Морок. Заснет и оставит в покое. Теперь ведь полегче?
– Посложнее, – проворчала я, уворачиваясь от его руки. Сама сложу пальцы в магическую загогулину.
Темный дар, распробовав Влада на вкус, теперь с отчаянием зверя, брошенного хозяином у закрытой калитки, стремился к тэру. Бросал меня в крепкие объятия, шипел всякие пошлые глупости прямо в разум. Подкидывал памятные картинки с изгибами позвонков, с мощной спиной, с буграми мышц… Точно единственный смысл существования мрака – перекатываться из тела в тело и сокрушать границы.
Похоже, неудобства испытывала только я, на правах хозяйки темной мерзости. Хотя Вольган тоже поморщился. Но быстро отвел голодный взгляд, успев отломить от моего тела сочный кусок.
– Зато вам уже не больно, – предположил Влад.
– Как сказать, как сказать…
Последствия «лечения» проявились уже после того, как я покинула ректорскую спальню. Каждой мышцей я ощутила, что Влад имел в виду, когда говорил, что мы перевыполнили план. Поистощили возможности хрупкого тела.
Болело решительно все, точно ночью меня запрягли вместо харпий и заставили скакать с тяжелой повозкой на плечах. Или мохнатая фурья до рассвета топтала и на рогах подбрасывала. Или стадо кворгов отпинало, приняв за сочный куст. Что-то из этого, да.